Разговор прослушать мы не можем, а все исходящие звонки фиксируются в памяти компьютера, чтобы потом предъявить счета. Сейчас проверим.
Деменштейн положил телефон на стол, взглянул на Дронго.
– Даже не представляю, что я буду делать, если вы окажетесь правы, – прошептал он.
– А я представляю, – ответил Дронго. – Вы позвоните Тарханову и сообщите, что я отказался с вами работать.
– Ничего не понимаю. Опять какой-то непонятный план?
– Очень даже понятный. Как только вы сообщите, что я отказался работать с вами, они сразу решат, что я нашел документы и решил их выгоднее продать.
Люди обычно полагают, что другие думают так же, как и они, наделены такими же пороками. Я уверен, что в этом случае Тарханов сразу сообщит об этом Френкелю. И тот постарается выйти на меня. Остается только сообщить в прокуратуру о том, как его люди вчера убили Погосова из-за этих документов. И пригласить их на мою встречу с Леонидом Иосифовичем. Я же говорил, что вернулся для того, чтобы отомстить за своего друга.
– Вы опасный человек, – с восхищением пробормотал Лев Давидович. – Может, согласитесь работать вместо Суровцева? Оклад можете придумать себе сами.
– Не соглашусь. Вчера вы мне показали, каким бываете начальником. Я все время думаю о том, какое счастье, что вот уже столько лет у меня нет никаких начальников. Ни больших, ни маленьких. Абсолютная свобода – мое самое большое богатство.
Раздался телефонный звонок. Деменштейн поднял аппарат.
– Это Суровцев вас беспокоит, – услышал он взволнованный голос начальника службы безопасности.
– Вчера в половине двенадцатого Тарханов звонил трижды. Сначала неизвестному абоненту, затем вам, затем снова по указанному телефону. Номер зарегистрирован на чужую фамилию. Мы до вечера успеем все проверить.
– Это еще не доказательство, – задумчиво проговорил Лев Давидович. – Номер может принадлежать его знакомому, другу, родственнику или даже жене. Пусть спокойно проверят.
– Назовите номер, – попросил Дронго, доставая свой аппарат и меняя в нем карточку, – пусть назовут номер.
У нас нет времени.
– Назовите номер, – потребовал Деменштейн.
Суровцев продиктовал номер неизвестного мобильного телефона. Дронго набрал его. И услышал характерный голос:
– Да, я вас слушаю.
Он отключился, вытащил карту. Вставил свою. Лев Давидович ждал, покусывая губы от нетерпения. Дронго убрал телефон в карман и посмотрел на олигарха.
– Это был сам Леонид Иосифович, – сообщил Дронго. – Я узнал его по голосу.
