— Я просто жирный придурок в костюме на пару размеров меньше. Кстати, — он снова поворачивается к Уиллу, — помнишь, как я сказал, что забыл костюм? За этим стоит целая история.
Он шатается вперед, чтобы встать лицом к нам, гостям.
— Итак. Вот вся правда, как она есть. Не было никакого костюма. Точнее… он был, а потом его не стало. Видите ли, сначала я думал, что Уилл мне все купит. Я про это ничего не знаю, но вроде как у подружек невесты так, да?
Он вопросительно смотрит на толпу. Никто не отвечает.
В шатре все молчат, даже Питер Рамзи перестал болтать ногами.
— Разве платья не покупает сама невеста? — спрашивает нас Джонно. — Такое ведь правило, а? Если ты заставляешь кого-то носить всякую хрень. И у них нет выбора. И старина Уилл захотел, чтобы я сшил себе костюм на заказ, не поскупился.
Теперь он уже вошел во вкус. Джонно расхаживает перед нами взад-вперед, как комик на вечере с открытым микрофоном.
— В общем… стоим мы в магазине, я вижу ценник и думаю про себя: «Ни фига себе он щедрый».
Восемьсот фунтов. С таким костюмом легко кого-нибудь завалить, да? Но за восемьсот фунтов? Лучше уж заплатить кому-то, а потом завалить. В смысле, зачем мне костюм за восемьсот фунтов? Не то чтобы я каждые две недели хожу на какие-то модные вечера. Но я подумал, ладно. Если он хочет, чтобы я пошел в этом, то кто я такой, чтобы спорить?
Я смотрю на Уилла. Он улыбается, но немного натянуто.
— Но потом, — говорит Джонно, — наступает неловкий момент у кассы, когда он просто отходит и ждет, пока я заплачу.
Я все это время молился, чтобы операция прошла успешно. И то, что она прошла, было гребаным чудом, если честно. А он просто стоял и улыбался. Как будто он правда сам его купил. Как будто я должен повернуться и поблагодарить его.
— Похоже, шутки кончились, — шепчет Питер Рамзи.
— И на следующий день я сдал костюм. Разумеется, Уиллу я это говорить не собирался. Так что я придумал весь этот план задолго до того, как приехал сюда, — притвориться, что оставил костюм дома.
Ну не погонят же они меня за ним обратно в Англию? И слава богу, что я живу в глуши, так что никто из вас не мог «любезно предложить» заехать ко мне домой и захватить костюм. Вот это было бы неловко, ха-ха!
— Это должно быть смешно? — спрашивает женщина напротив меня.
— Восемьсот фунтов за костюм, — говорит Джонно. — Восемьсот. Потому что внутри на костюме написано чье-то имя? Мне пришлось бы почку продать.
