Мне пришлось бы продавать все это, — он похотливо проводит руками по своему телу под несколько вялых свистков, — на улицах. И, знаете ли, мало кому захочется провести ночь с волосатым придурком под сорокет. — Он громко смеется.
Следуя его примеру — как будто по команде — некоторые из зрителей смеются вместе с ним. Это смех облегчения, словно многие до этого сидели затаив дыхание.
— В смысле, — говорит Джонно, явно не закончив, — он ведь мог купить мне костюм, правда? Не то чтобы у него не было кучи бабла. В основном благодаря тебе, Джулс, дорогая.
Но он скупой ублюдок. И я говорю это, разумеется, с большой любовью, — он делает вид, что хлопает ресницами, жутко пародируя малолетних поклонниц.
Уилл больше не улыбается. Я даже не могу заставить себя посмотреть на выражение лица Джулс. Я чувствую, что мне нельзя смотреть, но это не так уж сильно отличается от того ужасного, низменного желания разглядывать место автомобильной аварии.
— Но неважно, — говорит Джонно. — Пофиг. Он без вопросов одолжил мне свой запасной костюм.
Так поступают друзья, да? Хотя, должен предупредить тебя, приятель, — он потягивается, и пуговицы на пиджаке едва ли не трещат, — он уже не будет прежним.
Джонно снова поворачивается к нам лицом."
"— Но ведь в этом-то и вся прелесть лучших друзей, правда? Они всегда прикрывают твою спину. Может, он и скряга. Но я знаю, что он всегда меня поддерживал.
Он кладет свою большую руку на плечо Уилла. А тот выглядит так, будто слегка прогибается под весом, будто Джонно давит на него сверху вниз.
— И я знаю, правда знаю, что он никогда не обманул бы меня, — он поворачивается к Уиллу, наклоняется ближе, как будто изучает его лицо. — Правда, приятель?
Уилл поднимает руку и вытирает лицо там, куда, кажется, попала слюна Джонно.
Повисает пауза — неловкая, затянутая пауза, во время которой становится ясно, что Джонно на самом деле ждет ответа. Наконец Уилл говорит:
— Нет, не обманул бы. Разумеется, нет.
— Вот и хорошо, — говорит Джонно. — Вот и здорово! Потому что, ха-ха… мы через такое вместе прошли.
Я столько о тебе знаю, дружище. Было бы неразумно, да? Со всей это нашей общей историей? Ты ведь все помнишь? Много лет назад.
И он снова поворачивается к Уиллу. Лицо Уилла резко белеет.
— Какого хрена, — шепчет кто-то за столом, — несет Джонно? Он к чему-то клонит?
— Знаю, — слышу я чей-то ответ. — Это безумие.
— И знаешь что? — продолжает Джонно. — Я переговорил немного с ребятами. Мы решили, что неплохо бы последовать традициям.
