В конце концов, какая разница, что думают о ней драконы, главное – принять саму себя такой, какая есть, и уже потом делать себя той, кем хочется быть, – долго, упорно и без обмана.
Глава 19
– Раньше во дворце веселились по-другому, – заметила Беда.
– Ты права, – с усмешкой согласилась королева Рубин. – Драк и убийств определённо не хватает.
Они стояли на верхнем ярусе главного зала и смотрели вниз на поющую и пляшущую толпу. Небесные кружились, обнявшись, и похлопывали друг друга крыльями совсем как на лунном празднике в Мечте, и Беда снова с грустью подумала, что никогда в жизни не сможет так беспечно веселиться.
Разве что уговорит Глина… но земляной дракончик, судя по всему, вылупился из яйца с четырьмя левыми лапами.
– Даже вспомнить страшно, – продолжала королева, – как проходили праздники у Пурпур и в честь чего они устраивались… Тебе лучше не знать, – добавила она Карапаксу, – крепче спать будешь.
Вспоминая, Беда невольно передёрнулась. Вечеринки по поводу казней, в честь кровавых побед… Даже свой день яйца и званые приёмы в честь принцессы Огонь старая королева отмечала всевозможными видами убийств.
В последние двадцать лет ни одно массовое торжество в Небесном королевстве не обходилось без гладиаторских боёв на арене.
Теперь всё изменилось, и небесные драконы с удовольствием навёрстывали упущенное веселье. Всевозможных ударных и струнных инструментов, что вовсю наяривали на разных ярусах, хватило бы на десяток оркестров. Музыка переполняла залы дворца, где тишина прежде оглашалась лишь воплями горящих заживо.
Беда опустила глаза.
– Ваше величество, я так виновата… Те яйца в трёхлунную ночь…
– Прекрати, – отмахнулась Рубин, крепче обнимая крылом сына. Малютка принц упросил не укладывать его спать и выглядел куда бодрее морского дракончика, который отчаянно зевал, облокотившись на перила. – Ты была совсем малышкой, чуть старше Утёса… опять же, сирота, знала одну лишь Пурпур. Никто из нас даже не пытался увидеть в тебе живого дракона, только страшное оружие. Если бы Утёс вылупился таким и попал к ней в лапы… Неизвестно ещё, какой я окажусь матерью… Так что я тебя больше не виню.
– Зато я себя виню, – вздохнула Беда. – Если подсчитать, скольких сожгла – на арене и просто так, по приказу… Все эти крики, дым…
– Беда, – поморщился Карапакс, – давай без подробностей, а?
Королева сочувственно кивнула, глядя на Беду.
– Понимаю, как тебе тяжело. Зато теперь появилась возможность искупить всё это… хотя бы попробовать… И мы готовы тебе помочь.
