Герберт мне, кстати, очень помог, не представляю, что бы я без него делала. Поддерживал во всем, даже, когда узнал, что я твоя жена… Не сверкай глазами, пожалуйста. Он мне предложение сделал, пришлось признаваться, что мы с тобой обвенчаны.
— И что он? — вскинул брови мужчина.
— Очень тебе сочувствовал.
Черт побери, что я несу?
Удивительно, но мои последние слова, вернее, тот факт, что я чуть было не выскочила за Лоттера замуж, странным образом успокоили Алистера. Вернее, помогли ему собраться, снова стать самим собой — внимательным, уверенным, сосредоточенным герцогом Вэйденом.
Он перевернулся на бок, но меня не отпустил — наоборот, еще и рукой сверху прижал. Видимо, для надежности, чтобы не сбежала, пока он станет докапываться до истины. А затем то ли приказал, то ли попросил:
— Рассказывай.
Ну, я и рассказала.
Как нежданно-негаданно оказалась в храме и, огорошенная, ничего не понимающая, наткнулась на пьяную королевскую компанию. Как Алистер меня испугал своей злобной гримасой и вопросами.
Как выкрикнула: «Нет» и улетела в подвал, получив на прощание дар интуита. Как металась в болезненном бреду в этом самом подвале, пока на меня не наткнулся Лоттер. Я помогла ему найти дочь, а он спас меня, вылечил и взял в гильдию.
Только вот о том, откуда перенеслась в храм, говорить пока не стала. Хватит с Вэйдена информации. На ближайшие пять минут. Вместо этого просто продолжила, глядя в настороженные зеленые глаза:
— Если честно, я не собиралась признаваться. Опасалась тебя, не доверяла.
Не знала, как ты поступишь и чего ожидать...
Ох… Надеюсь, он поймет меня, без этого ничего у нас дальше не получится.
— Ты ведь тоже не торопился откровенничать, объявлять, что женат. Хранил это в тайне. Наверняка, планировал со мной развестись… или что похуже, и обвенчаться с этой своей Олланой. Невестой.
— Ревнуешь? — Алистер сверкнул улыбкой, но тут же снова посерьенел. — Она мне не невеста, никогда ею не была и уже не будет. И если я еще раз услышу от тебя про баронессу Гефрой…
— То что?
— Зацелую, — опять пообещали мне, вызвав в памяти смутные, но очень жаркие образы прошедшей ночи.
К щекам тут же прилила кровь, и я, скрывая смущение, брякнула первое, что пришло в голову:
— А развод?
Эффект оказался потрясающим. Алистер молниеносно перекатился ко мне и навис сверху, вжимая в кровать телом:
— Никакого развода. Забудь. Выкинь из головы даже мысли об этом. Да, не стану скрывать, я был в бешенстве… Первое время.
