– Бегом! – Мой нынешний день состоял лишь из исполнения приказов.
Не заставляя себя ждать, я изловчилась и шмыгнула в образовавшийся передо мной проход. К слову сказать, покидать салон машины подобным образом мне тоже никогда не приходилось.
Выпрямившись, я тут же получила потолком по голове. Не ходи так высоко…
Максу, наверное, пришлось хуже, но вскоре я услышала его учащенное дыхание.
– С тобой не соскучишься, крошка! – буркнул он, спрыгивая с капота.
Нечего и говорить, трюк удался. Сейчас Ползунов с Горецким начнут объезжать вокруг и потеряют не только время, но и нас.
Выскочить из машины и повторить наш с Максом безумный трюк им не удастся. Слишком мал просвет между вздыбленной крышей «шестерки» и потолком туннеля.
И случилось то, чего, покупая машину, желал избежать Макс. Дальше мы поехали на троллейбусе.
Я стояла, держалась за поручень, и в моей воспаленной голове вставали ужасные видения. Горецкий, пойманный Ползуновым за руку, решил свалить вину на меня и теперь ездит с ним в одной машине, рассказывая и поясняя, как и где меня легче всего найти.
Если бы не рассказ Макса о его крахе несколько лет назад, в который майор из УБОПа был замешан самым непосредственным образом, я бы решила, что гонка была сном. А теперь получается, что Горецкий никуда не терялся. Он достойно, как умеет это делать, наградил Ползунова и теперь делает свое дело. Мама родная, что мне делать дальше?.. Если уж Горецкий так поступил, то чего мне в скором времени ожидать от правосудия?
«Завод буровой техники» – значилось на огромной бронзовой табличке.
«Замечательно», – решила я и стала подниматься по гранитному крыльцу.
У двери с надписью «Директор» Максим меня остановил.
– Я сейчас, – объявил и скрылся за дверью.
От нечего делать я присела в одно из кресел в ряду, вынесенном из какого-то кинотеатра, и стала вертеть головой. Мыслей не было, отсутствовал даже присущий такой ситуации страх. Что может сделать в такой ситуации директор завода буровой техники? Пробурить в моей голове скважину и продуть.
– Лариса… – высунул голову Макс. Не увидев меня, забеспокоился: – Лариса!..
Я поднялась и вышла из-за двери. А он, ни слова более не говоря, взял меня за руку и повлек вовнутрь. Сначала была приемная, потом двойные двери, и только потом я заметила крепкого мужчину лет сорока, засевшего в своем кожаном кресле. Мужчина, пока еще не раскрыл рта, мне понравился.
