После этой немыслимой «силиконовой» операции, которая превратила мою заманчивую грудь в вековой нарост на дереве, я стала кружить по городу, так как из фильмов и пары прочитанных в поезде романов знала о необходимости сбить преследователей со следа. Наверное, делала это я весьма удачно, потому что, когда в половине пятого я подходила к дому Макса, за моей спиной не было никого, кто бы смог зародить во мне сомнения в этом.
– Я могу узнать, где ты была? – спросил Максим, не сводя глаз с моей груди.
– Вышла на свежий воздух подумать о себе и съесть мороженое, – я прошла к дивану и рухнула на него как подкошенная.
– Если ты помнишь, я дня не могла провести без «Вдохновения».
– У меня такое подозрение, что ты испытала его приход по максимуму, – настороженно проговорил он, кусая губу.
Ни слова больше не говоря, я залезла рукой за вырез легкого джинсового платья, вынула пистолет и положила на тумбочку.
Некоторое время Максим стоял молча, потом щелкнул зажигалкой.
– Расскажи мне немного о себе. Кажется, я много пропустил за эти три года.
– Это милицейский пистолет, – объяснила я.
– Избавь меня от необходимости знать, как он у тебя оказался.
– Ничего сверхъестественного. Я его отобрала у младшего лейтенанта. Он хотел меня застрелить за то, что я ударила его кулаком в горло."
"Макс подошел к окну и выглянул наружу. Пыхнув дымком, обозрел улицу и вернулся ко мне.
– И сейчас ему очень хочется получить его обратно, верно?
Я пожала плечами. Наверное…
– А знаешь, для чего он хочет снова завладеть своим штатным вооружением? Нет? Так я тебе сообщаю.
Ему этот пистолет нужен, чтобы доделать то, что помешала ему доделать ты. Пристрелить.
– Может, мне нужно было подождать, чтобы он не мучился?! – взвизгнула я, и слезы хлынули из моих глаз. – Я в жизни никому плохо не сделала!! – Я перешла на рев: – А за два дня каждый подонок, который встречается на моем пути, стремится во что бы то ни стало сделать мне больно! Горецкий, сволочь, подставил! Ползунов, гад, посадить ни за что хочет! Винокуров, тварь…
– А я тебе еще тогда выразил свое мнение о нем.
– …сдал меня, как вещь! И даже сопливый младший лейтенант, которого я не видела до тех пор, пока он ко мне не привязался, собрался вести меня в отдел, чтобы там и оставить!.. Что я сделала такого, чтобы лишиться всего, что у меня есть?!
– А что у тебя есть? – поинтересовался Максим и приобнял меня за плечи. – Ладно, успокойся. Я тут кое-что выяснил. Когда был на коне, с ментами быстро общий язык находил.
