Сначала надели наручники, а потом, уже около Управления – я этот дом хорошо знаю, каждый день мимо проезжаю, – схватили за руку, больно придавили локоть и выволокли на улицу, как шлюху, отказывающуюся участвовать в «субботнике». Затащили (я не ошиблась – затащили!) в дежурку на первом этаже и бросили на какую-то деревянную скамью.
– Сиди здесь, – сказали.
И я сидела.
Пока мучилась неизвестностью, сгорая от страха, осмотрела помещение. Чтоб мне дарили такие букеты, какой стоял в этом убогом помещении с рацией! Штук тридцать или сорок огромных, еще не распустившихся бутонов роз уютно сидели в золотом чехле с лентами и излучали роскошь.
Это чудо было поставлено в пластиковое ведро. Тут же, на столике, рядом с помощником дежурного, стоял пакет, из которого выглядывали два, таких же золотых, как и упаковка цветов, горлышка шампанского. В этом пакете – зарплата моего первого, Миши. Наверное, менты тоже живут по-разному. Сержанты Миши приносят домой получку, при виде которой хочется повеситься, а кто-то позволяет себе прикупить любимой такой букет и, пока не закончится рабочий день, оставить его в «дежурке».
Конечно, допрашиваемым было бы очень странно слышать в кабинете этого заботливого мужчины разговоры о том, что жить нужно на одну зарплату и что работа – это единственный источник доходов.
Смотрела на этот букет, вспоминала, что у меня вчера был день рождения, и на глаза наворачивались слезы. Боже мой…
Потом люди, задержавшие меня и водителя у вокзала, вернулись, отобрали сигареты и паспорт (показали, в каком месте протокола личного досмотра поставить свой автограф), документы на перфораторы (составили протокол изъятия, в котором заставили расписаться), и еще бравый сержантик с пушком под носом распорядился:
– Ремень и шнурки.
Интересно, он хоть раз в жизни раздевал женщину? Около полуминуты мне пришлось потратить на то, чтобы объяснить юноше – шнурки и брючные ремни – это мужские фенечки, которые очень трудно найти на женщине, если она одета в туфли на шпильке и короткое джинсовое платье.
Сержант смирился, но на всякий случай предупредил:
– Смотрите, если что, мне попадет."
"Я пообещала, что не попадет. Голова болела ужасно, таблеток с собой не было, и я с нетерпением ждала того момента, когда появится Ползунов. Почему-то мне казалось, что должен прийти именно он. Так и вышло. Он зашел в «дежурку», кивнул сержантику, который пытался принудить меня заняться стриптизом, и подошел ко мне. Полная отрешенность не помешала мне задуматься.
