Мы не можем быть вместе. Иначе… умрём.
Глава 18
Не знаю почему, но мне стыдно смотреть в глаза Данте. Хотя в чём я виновата? В том, что меня запугали нелюди проклятые и я пошла на отчаянный шаг? До сих пор остаётся загадкой, как именно Данте меня нашёл. По видеокамерам в городе, наверное? Он ведь всевидящее око города.
Данте приходил ко мне достаточно редко. Бизнес, дела, повседневная суета. Понадобилась пара недель, чтобы он полностью отошёл от случившегося. Мужчина смягчился, когда мы с ним отправились на последний скрининг.
После обследования мы с ним будто поменялись местами. Я смотрела на малыша на мониторе, уже такого большого, и сердце кровью обливалось, поэтому настроение быстро пропало, когда я осознала, что… Я не знаю, что меня ждёт в ближайшем будущем. Я могу потерять своё сокровище. Навсегда. А Данте ничего не желает с этим делать. Или я чего-то не знаю? Может, у него все-таки есть план? Если любит… Он обязательно что-нибудь придумает и не позволить мерзавцу Мирону разбить материнское сердце.
"
"Данте же, наоборот, успокоился, отошёл от случившегося, смягчился в отношении того, что я нарушила правила и навлекла на себя и ребёнка опасность. Из-за меня пострадало много людей. Многие из бандитов отправились на тот свет. Шамиль! Данте сказал… что его казнили. В самой жёсткой форме, какую предусматривает бандитский кодекс. Двое людей Данте также отдали жизнь за сбежавшую невольницу.
В уме всплыл недавний разговор с Данте после ночи сладкого наказания за побег.
— Знаешь, что я сделал ради тебя, бестолковая ты девчонка? — в висках набатом пульсировала грозная интонация заядлого собственника.
— Отрубил обе руки Шамилю. За то, что он посмел к тебе прикоснуться. И… отрезал ему язык, заставил его сожрать. За то, что он говорил тебе грязные гадости. Оскорбил меня и мою семью.
— Мамочки… А остальные? — трясусь, закрывая рот ладошками, не верю в то, что слышу. Это шутка! Специально так говорит, запугивает, демонстрируя свою силу, нагоняя страх, чтобы я больше не делала подобных глупостей.
— Полное дно. Трус и ничтожество. Нет в нём ничего мужского. Он получил по совести. Как и его блошиная орава. Не буду оглашать подробности… Надеюсь, и ты уяснила, что из-за тебя я вырезал полшайки уродов? У кого-то из них была жена, дети. Как и у одного моего верного бойца, которого застрелили в перестрелке.
Осознать всё это было шоком. Я стала главной виновницей жестокой бойни на старом заводе. Из-за меня погибли люди. Я разгневала страшного зверя.
