— Слава Галибу! — крикнул кто-то из бойцов.
— Слава!
Экзекуция была закончена. И вербовка тоже.
— Оставайтесь на месте до утра. Если кто-нибудь, даже один, попытается вызвать подмогу, то вы умрёте все!
Пленники замотали головами. Умирать с пятьюдесятью халявными баксами в кармане не хотел никто.
— Уходим!
Бойцы повернулись и, на ходу выстраиваясь в походную колонну, быстро пошли к воротам. Те, что остались, смотрели на уходящих, на трупы расстрелянных офицеров и на зажатые в кулаках доллары.
Так было положено начало новой легенды, легенды про мужественного, но справедливого и доброго Галиба, который беспощаден к виновным и упорствующим, но милосерден к заблудшим и раскаявшимся.
К тем, кто в скором времени должны будут стать его подданными. Когда он придет к власти. В этой стране. И в других тоже.
* * *Листов было много, просто листопад какой-то. На листах — короткий, рубленый текст. Выжимки из многостраничных докладов, которые, если не сокращать, за всю жизнь не прочтёшь. Но даже в этих конспектах главные мысли были выделены красным, чтобы сразу бросались в глаза.
Для этого содержался целый штат референтов, в задачу которых входило перерабатывать тома в абзацы.
На листах была оперативная информация по состоянию дел в стране и мире, по событиям, происшествиям, угрозам, персонам. Всё двумя-тремя строками, чтобы сразу, одним взглядом, охватить и усвоить информацию.
В стране всё было спокойно и стабильно — чиновники воровали в разрешённых рамках, коррупционеры брали в допустимых пределах, полиция выявляла и заключала в отпущенных лимитах.
Население убывало в допустимых нормах, злоупотребляя, вешаясь и убивая друг друга.
Впрочем, за «нутро» страны можно было не беспокоиться — на то была насторожена многомиллионная свора чиновничества, которая, дабы сохранить свои кормушки, готова была рвать и лягать всякого, кто тявкнет снизу. И вилять хвостиком и лизать язычком всё, что подставят те, кто сидит сверху. Такая выстроилась от низа до верха пирамида, которую журналисты почему-то называют вертикалью власти.
Где внизу — народонаселение, а на вершине он — Гарант и Хранитель. Если его вынуть из этой конструкции, то вся вертикаль рассыплется в прах.
И так было и так будет — Корона, Кнут и Пряник. Как вечный символ Российской стабильности.
Хуже за пределами. Там не понимают и под козырёк не берут. И кнутом туда не дотянуться — коротковат стал кнут. А пряников там своих хватает. И приходится вместо того, чтобы гаркнуть — улыбочки строить и слова говорить.
