И блокнот, в котором было написано: «Сообщите ваши имена, число, время записи и что с вами всё в по- рядке».
Узники встали рядком и по очереди сообщили, как их зовут, что у них все хорошо, они всем довольны и благодарят хозяев за доброе к ним отношение, уют и питание. Они были признательны, так как видели, как таких пленников ставят на колени и дырявят им головы из американских кольтов так, что никаким врачам черепушку обратно не собрать.
Старушка в парандже поклонилась и ушла.
Пленники остались.
Ну, и бог с ними…
* * *Воинскую часть обложили со всех сторон.
На высотках залегли пулемётные расчёты, вдоль периметра густо расположились гранатомётчики. Подогнали два грузовичка, с них сдёрнули тенты, расчехлили крупнокалиберные счетверённые пулемёты, пули которых могли легко прошить стены казармы навылет. На подъездных дорогах установили мощные фугасы и поставили хорошо вооружённые засады, чтобы сдержать на час-два подход правительственных войск."
"Всё было готово. Ждали только приказа. Но его не было.
Командиры тревожно переглядывались, качали головами — что он медлит, пора!.
. Ещё несколько часов и начнётся рассвет…
Но Галиб молчал. По жизни и по ситуации.
Пауза затягивалась. Галиб думал. И что-то такое надумал.
Он подозвал своего Помощника, что-то написал ему. Тот кивнул. Отошёл и распорядился.
— Пошлите парламентёров и предложите им сдаться.
Командиры замешкались. Дело было рискованное — при ведении переговоров с врагом исчезал фактор внезапности, а он первооснова успеха. Одно дело расстреливать и забрасывать гранатами безоружного, сонного, деморализованного противника и совсем другое воевать против окопавшегося, хорошо организованного и вооружённого подразделения.
Вести переговоры — это значило подставлять свои головы под пули.
— Это приказ Галиба. Надеюсь, вы его услышали? — напомнил Помощник.
Приказ Галиба, конечно, услышали. Никто не хотел лишиться ушей. Возможно, вместе с головой.
В сторону части тронулся джип с болтающимися на зеркалах заднего вида белыми тряпками. Перед шлагбаумом джип остановили довольно грубо, уперев в окна стволы автоматов.
— Руки на затылок! Быстро! Кто такие?
— Парламентёры.
— Чего? Какие такие парламентёры? Документы!..
— Мы от Галиба.
— Какого к дьяволу… Кого? Галиба?!
Парламентёры указали кивком головы назад. Солдаты вгляделись во тьму. На высоком бархане стоял в полный рост, не скрываясь, человек в белом халате.
— Галиб! Галиб!
Автоматы дрогнули.
— Что хочет уважаемый Галиб?
— Поговорить с воинами.
