– Я не хочу этого слышать.
– Вы будете слушать, подозреваемый номер ноль!
– Не называйте меня так!
– Вы хотели оттянуть процесс умирания. Дать своей жертве надежду на спасение. Кожа должна была всеми порами впитать смерть и, пропитанная болью, стать чистой и невинной. Со временем появлялась не просто картинка, а разрасталось целое изображение. Оно искривлялось, как и сама жизнь, которая день за днем коробилась и постепенно уходила.
– Почему вы вообще со мной разговариваете, если и так уже все знаете?
– Всего я не знаю.
– Что же вы хотите узнать?
– Где остальные четыре трупа?
– А кто сказал, что девочки мертвы?
VIII. Понедельник, 9 сентября
Ребенок, однажды обжегшись, тянется к огню.
Оскар Уайльд53День начался с мороси. Сабина заварила в своей комнате чашку кофе, села перед ноутбуком и уставилась в окно. Темные облака висели так низко, словно в любой момент собирались опуститься на крышу академии.
Сабина спала всего несколько часов. Судебные записи Дитца не шли у нее из головы. Приютскому мальчику Беньямину сегодня было бы семнадцать лет.
Вдвое старше ее племянниц в Мюнхене. Приговор немедленно вступил в силу, сразу по окончании судебного заседания. Сабина находила интересным то, как решили присяжные. Был ли приговор правильным?
Пытаясь согреться, Сабина обхватила руками чашку и сделала глоток. Голова была ватная. По спине то и дело пробегала холодная дрожь – отчасти от прескверной погоды, отчасти оттого, что она почти всю ночь не спала, сидела в Интернете и в промежутках паковала чемодан.
Пятеро присяжных посчитали Томаса Вандера невиновным, и обвиняемого оправдали. Но у четырех из этих присяжных в кругу родных произошло убийство. Вопрос: где сейчас находится Томас Вандер?
У Сабины на руках была практически полная хронология дел за четыре года. Не могло быть совпадением, что убийства происходили с промежутком в год – или, выражаясь по-другому… за каждым из этих убийств стояло двенадцать месяцев интенсивной подготовки!
«Многоножка» в Берлине, убийство на Ваттовом море в Санкт-Петер-Ординге, случай каннибализма в Айфеле и «Человек-лошадь» в Нюрнберге.
Только одно не вписывается в общую картину. В семье пятого присяжного убийства не произошло, и поэтому в хронологии год назад имелся пробел. Если Сабина не ошиблась со своей теорией, то это жуткое событие было давно просрочено и пятому присяжному или кому-то из его родственников грозила опасность.
Мужчина, о котором шла речь, жил в Вене, и его звали Рудольф Брайншмидт.
