Пилотам «Су-9» повезло: на таран идти не пришлось, так как в районе города Челябинска-40 «Локхид» вдруг начал терять высоту. Самолеты-перехватчики решили, что американец собирается произвести аэрофотосъемку с более низкой высоты, ведь под ним как на ладони открывался военный завод по производству компонентов для изготовления ядерного оружия. Такую возможность упускать было никак нельзя. И пилоты перехватчиков сработали четко. Они отошли с линии огня и передали информацию в войска ПВО.
Пятьдесят седьмая зенитно-ракетная бригада тут же получила приказ открыть огонь.
По самолету-шпиону было выпущено семь ракет, хотя цели достигла уже первая. Самолет развалился, на экранах локаторов многочисленные обломки выглядели как специально организованные помехи, поэтому соседний дивизион дал свой залп. Спустя полчаса к месту падения самолета уже мчал черный автомобиль с начальником Первого главного управления КГБ СССР, а местные жители везли связанного американского пилота в ближайший населенный пункт.
Первая встреча начальника Первого главного управления с американским пилотом прошла на удивление спокойно. Генерал-майор Сахаровский вошел в здание сельсовета, куда десятью минутами раньше был доставлен Пауэрс, в девять сорок семь по московскому времени. Председатель Косулинского сельсовета не знал генерала в лицо, но военная выправка и манера держаться не оставляли сомнений, что перед ним сотрудник госбезопасности, причем не из низших чинов.
Сахаровский коротко кивнул председателю:
– Генерал-майор Сахаровский ПГУ КГБ, – коротко представился он.
– Где подопечный?
– В моем кабинете. – Председатель вытянулся в струнку. Шутка ли, сам начальник Главного управления пожаловал! – С ним два милиционера, у двери поставили охрану из добровольцев. Также охрана по периметру здания.
– Воевал? – догадался Сахаровский.
– Западный фронт, четвертая танковая дивизия, товарищ генерал-майор, – отчеканил председатель.
– За Москву стоял?
– Так точно.
– Жарко там было, – прокомментировал Сахаровский.
– Ведите к задержанному.
Председатель указал рукой на лестницу, ведущую на второй этаж. Сахаровский прошел первым. В коридоре второго этажа возле ближайшей к лестнице двери дежурили двое. Сахаровский молча отстранил охрану и вошел в кабинет. На стуле у стены сидел молодой парень в летном костюме. Лицо его выражало крайнюю степень растерянности.
– Погуляйте, ребята, – велел Сахаровский милиционерам, вскочившим при его появлении.
