Что за народ такой? Ни в ком нельзя быть уверенным!
Партизаны бросили полковника обратно. Он перестал дрожать, как-то задумался. Глаза его теперь были открыты, широко смотрели на мир.
– Излагайте, мужики, что вы там натворили в полиции, – сказал Вадим.
– О, это была песня, – заявил Чернуля. – Остановились на задней улице, кажется, Чехова, да? Прошли погребами, залегли, чтобы двух часов дождаться. Без пары минут потопали в здание, забросали эту богадельню гранатами. Шендрик на соседнюю крышу поднялся. Там башенка типа мезонина и пулеметное гнездо.
В общем, хорошо погуляли. Главное, вовремя смотались. Мы уже до мотоцикла добежали, а они еще палили там вовсю. Солдатня из администрации прибежала, из военной комендатуры грузовик подтянулся. Десятка два мы точно укокошили.
– Это еще ничего. – У Шендрика как-то плутовато заблестели глаза. – Скажи, Семен!..
– Мы, кажется, Жору Тернопольского шлепнули, товарищ капитан, – проговорил Белоусов и скромно потупился.
– Серьезно? – спросил Вадим. – Или все же кажется?
– Кажется, серьезно, – ответил Чернуля.
– Наткнулись на паршивца, когда из здания выбегали. Он матом орал на своих людей. Те пошли на нас, так Семен их всех одной гранатой положил. Жора осерчал, пасть свою разинул да как метнется на меня через весь коридор! Мысль еще блеснула, хорошо бы живьем взять вурдалака. Думаю, ранить надо…
– Обидно, Петька, честное слово! – заявил Семен. – Целился в ногу да промахнулся, попал в голову!
Внезапно пленный полковник начал ерзать, мычать, задергал ногами.
По его штанине полз жутковатый черный паук с глянцевым отливом и красными, геометрически правильными пятнами. Немец вертелся, норовил его сбросить, но лапки прочно вцепились в ткань. Герр оберст что-то лопотал, проглатывая слова, пот катился с него градом.
«Боязнь пауков у оберста, – сообразил Вадим. – Какая прелесть. Арахнофобия, кажется, это называется».
– Ух, твою ж мать! – сказал Чернуля, хватаясь за автомат. – Потерпи, господин полковник, сейчас я его прикладом зашибу.
– Давить нельзя, – предупредил его Шендрик. – На брюхо нажмешь, он яд выпустит. Стряхивать надо.
Чернуля подцепил прутиком опасное насекомое и послал подальше. Паук упал, пустился наутек, но далеко не ушел, был раздавлен подошвой. Полковник облегченно выдохнул.
– Тарантул, – сказал Чернуля. – Они тоже фрицев не любят.
– Сам ты тарантул, – заявил Белоусов. – Типичный каракурт. Тарантулы пушистые как котята, а эти мерзкие, от одного вида блевать хочется.
