– Я понял поставленную задачу, товарищ капитан, справлюсь. Но придется подождать.
– Подождем, – согласился Вадим. – Но помните, что время играет не на нас.
– Кстати, ввиду эвакуации режим секретности они серьезно ослабили, – сказал Мищук. – Какая там к лешему секретность. Все летит к той самой матери. Им надо драпать, для начала в Севастополь. Хотя многие корабли уже прямым ходом направляются в Румынию.
– Ты чем занимаешься? – спросил Вадим.
– Катер доверили господа оккупанты, – ответил Мищук. – Перевожу грузы до полутора тонн.
Снабжение гарнизонов, расположенных вдоль побережья, едой и боеприпасами, доставка раненых в госпиталь. Это ржавое корыто было раньше приписано к феодосийскому порту, потом его перевели сюда. Я несколько раз выводил мотор из строя, на мель садился, борт намеренно пропорол о подводную скалу. Ничего не помогает. – Мищук тихо засмеялся. – Вызывают ремонтников, чинят да еще и на меня косо смотрят. Мол, не со злым ли умыслом? Нет у них хороших специалистов, чтобы все мели и подводные рифы знали, вот и мирятся с моей персоной.
– Сможешь помочь Борису, Алексей, если ему потребуется?
– Конечно, все устроим, товарищ капитан, – сказал Мищук. – Всегда отбрешемся, что работаем по приказу полицейского управления. А будут рыпаться, и документ покажем. Знаете, с каким уважением немцы относятся к бумагам, проштампованным их занюханным орлом?
Остаток дня прошел на нервах. Эти мужики ушли и как в воду канули. Вадим вроде все понимал.
Быстро такие дела не делаются. Но успокоиться капитан никак не мог.
Наталья устроила гостей в дальней комнате и показала запасной выход через сортир и дыру в заборе. Можно прыгать из окна и нырять в ту же дыру.
Они жевали что-то безвкусное, благодарили хозяйку. По одному посетили баню, помылись еле теплой водой.
Павел отлучился на несколько часов, нарисовался только вечером. Жизнь научила Вадима никому не доверять. Он махнул девушке, чтобы отбежала к окну, прижался с автоматом к проему.
Павел закрыл калитку, прихрамывая, потащился по дорожке. Заскрипели двери в сенях.
«Чрезмерная подозрительность! – упрекал себя Вадим. – Василий Лукич божился за этих людей. Они не могут продать».
– Полиция в городе шмон учиняет, – объявил хозяин, заперев за собой дверь. – Облавой идут по центральным улицам. Говорят, инцидент случился. Подпольщики склон подорвали на въезде в Ялту. Мощная осыпь сошла и единственную дорогу перекрыла.
