Я был рад, что пустил свой гнев в правильное русло.
46
Я только вышла с завтрака, когда заметила силуэт Дэниела, он почему-то поднимался обратно в комнату. В душе зрела обида. Я закончила завтрак раньше. И решила воспользоваться моментом, высказав Дэниелу все, что о нем думаю, поэтому последовала за ним наверх.
Стоило дойти до комнаты, мой боевой настрой испарился. Дэниел сидел на кровати и как только я вошла поднял голову. У него была рассечена губа, бровь и проявлялось несколько синяков на лице. Я ойкнула и тут же кинулась к парню.
— Что с тобой такое? — спросила я, подлетев к парню. Он скривился, но я это проигнорировала. — Это Карл, да? — поняла я.
— Со мной все в порядке, Лисса, — Дэниел покашлял в руку."
"А я побежала к своему чемодану и достала отвар, чтобы обработать раны. Дэниел не успел уйти, когда я уже оказалась рядом.
— Не трогай меня! — возмутился он, но я не собиралась отступать и навалилась практически всем весом с тканью и мазью.
— Я только обработаю, Дэниел, и все, — жестко сказала я.
Дэниел молчал. Склонилась над ним, обработала ссадины на лбу, бровь и дотронулась до губ. Всего лишь пальцами с тканью, но пальцы словно защипало.
Я вдруг застыла и подняла взгляд с губ на глаза. Они были темные с примесью красного. Я застыла и сглотнула.
Странное чувство пронзило комнату.
— Лисса… — сказал Дэниел. Он закрыл глаза, а потом резко их открыл подался вперед и поцеловал меня.
Не просто поцеловал, а впился поцелуем. Его губы накрывали мои, язык требовал, чтобы я его впустила, и я позволила эту неприличную ласку.
От этого ласки стали смелее. Его язык поглаживал мой, вызывая просто бурю эмоций.
Это был мой первый поцелуй, сравнить мне было не с чем, но, казалось, что все в комнате пропало и остался только Дэниел, его губы и его руки, которые беззастенчиво скользили по талии и ниже.
Я позволяла ему все. Ничего не соображала, голова шла кругом, я просо наслаждалась происходящим.
Как вдруг — все закончилось. Дэниел отстранился и закашлял. В первый миг даже не поняла где я, а когда поняла, стало очень стыдно.
— Дэниел, ты простудился, — сказала я.
— Ты правда думаешь сейчас об этом? — откашлялся он.
— Я не знаю, о чем думать, — честно сказала я.
Дэниел снова закрыл глаза.
— Ты мне нравишься, — призналась я, и опустила взгляд в пол.
— Это плохо, — сказал он.
В комнате наступила тишина. Слова Дэниела меня ранили. Но он же только что целовал меня. Тогда почему «плохо»?
Я осмелилась поднять глаза.
