Но через какое-то время стало легче.
Я ведь целый день вчера провела без Дэниела и уже должна была привыкнуть. Есть Дэниел или нет, отношение окружающих ко мне не меняется, меняется только мое самочувствие.
Без Дэниела мне страшнее, но если я этого не стану показывать, все останется так и дальше. Сейчас, сидя в столовой, я полностью осознала слова леди Николь.
Встав с тарелкой, я не тряслась и не смотрела по сторонам, а спокойно поставила грязную посуду в мойку и ушла.
Внешне ничего не изменилось, но внутри я ликовала.
Это была победа. Я даже стала благодарна Дэниелу за то, что оставил меня. Но только на миг."
"«Он не оставил, а бросил», — напомнила я себе. И это почему-то очень сильно меня укололо. Он ведь мне нравится… Неужели не видит. Или он такой же, как и Карл, намеренно делает мне больно.
45
Дэниел
Лисса раздражала меня своими разговорами. Раздражала своим вниманием и тем, как смотрела на меня. Но больше всего раздражала тем, какие чувства во мне вызывала.
Я знал этот взгляд, которым она смотрела в конюшне.
Я видел, как она привстала на цыпочках, и знал, чего она хотела.
У Лиссы явно был очень плохой вкус на парней, раз после Карла она выбрала себе новым предметом обожания меня.
И я ведь колебался… Какого черта я колебался? Потому что хотел ее поцеловать.
Что-то было в этой девушке, что меня зацепило. Настолько зацепило, что я не стал целовать. Мне хотелось заботиться о ней, впервые в жизни появилось это чувство.
Она была очень хорошим человеком, думала обо всех, кроме себя.
Использовать ее, было неправильно.
Поэтому я решил отдалиться от Лиссы. Ей не нужна эта влюбленность, она пройдет у нее так же быстро, как и с Карлом. А у меня?
Мысли о собственных чувствах раздражали меня еще сильнее. Для Лиссы находить себе парня, в которого она будет влюблена не впервой, а для меня испытывать к какой-то девушке больше, чем желание на одну ночь, очень ново.
Я и не заметил, как часто стал думал о Лиссе, как хотел заботиться о ней, как мне нравился ее взгляд, как я восхищался ее добротой.
Нам обоим лучше держаться подальше друг от друга.
Я еще и заболел, скорее всего простудился, хотя для магического иммунитета это было редкостью. Слегка кашлял, а Лисса устраивала из этого истерику, допекая своей заботой.
Поэтому нужно было поскорее разорвать эту связь. Так я решил, и нагрубил Лиссе в столовой. Обидел ее, а неприятно было мне. Внутри что-то сильно мучило, и я хотел поскорее дойти до дворика и выразить все свое негодование на дровах.
