Такое ранение для меня не смертельно, я бы замкнула контур и зарастила рану почти сразу… если бы не блокировка.
– Потому что кол был деревянный? – проявил неожиданную догадливость Лауринь.
– Почему вы так решили? – удивилась я, отводя от лица ветки.
– Ну… – Лауринь вздохнул. – Зря, что ли, старики говорят – в упыря непременно надо кол забить, иначе снова встанет. Да и всякая нечисть дерева боится.
– Ну, спасибо вам за комплимент, Лауринь, – ухмыльнулась я. – Но вы правы. Действительно, дерево замечательно блокирует… Тому придумана уйма научных объяснений, но я сейчас не вспомню и половины.
Итак, энергия, считай, хлещет, как из дырявой бочки, куда уж тут самоисцелением заниматься!..
– И что вы сделали? – любопытно спросил Лауринь.
– Вы же видели, – вздохнула я. – При необходимости маг может подпитываться чужой энергией. Например, стихийной – воды, огня, земли, воздуха. Последние, правда, очень слабо реагируют… а с огнем связываться просто опасно. К счастью, подвернулся ручей… – Я влипла лицом в паутину и длинно выругалась.
Терпеть этого не могу! Пауков – уважаю, а паутину – не переношу! – Ну а кроме того, есть энергия живых существ, от растений до людей. Видели, как траву вокруг меня высушило? Но это уж на крайний случай…
– Почему?
– Такую энергию очень легко забирать, – сказала я. – И к этому слишком быстро привыкают. Был маг – и нет мага, остался паразит.
– Все равно как упырь? – спросил Лауринь.
– Да, похоже, только уровнем выше, – кивнула я.
– Помните Дараи с ее жертвоприношениями? Это одна из разновидностей такого паразитизма. Правда, Дараи уповала в основном на силу крови своих жертв, а энергии забирала лишь самую малость…
– А кровь… – заикнулся было Лауринь, но я отмахнулась:
– Это ерунда… Все эти сказки про упырей… ни разу ни одного настоящего мне не попалось. Были разные сумасшедшие, вообразившие себя кровопийцами, были такие, как Дараи, были просто дикие твари, но чтобы настоящий упырь… – Я перевела дыхание и решила сменить тему: – Лауринь, уже темнеет.
Такими темпами мы с вами далеко не уйдем. Давайте-ка устраиваться на ночь…
К решению вопроса с ночлегом Лауринь подошел со всей ответственностью. Мы расположились на удачно подвернувшейся поляне, вокруг стеной стояли невысокие ели, и Лауринь немедленно взялся рубить лапник. Рубить – громко сказано, с этаким ножом много не нарубишь, скорее уж он просто ломал ветки, вконец изодрав руки и одежду.
