На всё…
Я поморщилась и застонала – у меня что, напрочь мозги пропали? Ушли по-английски – не прощаясь, а я и не заметила, что в голове-то пусто? А иначе чем объяснить мою слабохарактерность и глупые мысли о том, что смогу быть «одной из…»
Ага, сейчас!
Я поднялась с кровати, пошатнувшись всего лишь раз или два – нет, этот чёртов бармен точно мне чего-то подсыпал! – и, набросив поверх белья халат, осторожно выглянула из комнаты. Кейд сидел на диване, жевал бейгл, щедро намазанный сливочным сыром, и довольно улыбался, пялясь в огромный плазменный экран.
– Доброе утро, солнышко! – заметив меня, нараспев приветствовал он.
Держался он свободно и непринужденно – будто ничего вчера и не произошло.
– Угощайся! – махнул в сторону сервированного завтраком столика в ответ на моё бессвязное бормотание.
Я поёжилась, плотнее запахнув халат, хотя было совсем не холодно – даже наоборот. Подошла к столику и оглядела расставленные блюда – есть не хотелось, хотя испанский омлет и пышные оладьи смотрелись аппетитно.
Налила себе кофе и, чуть поколебавшись, присела на край дивана, поодаль от Фостера.
Я уставилась на Кейда, думая, как начать разговор. Он заметил, что я настраиваю себя для беседы и, отключив звук, повернулся ко мне в ожидании.
– Ты специально это сделал, да? – понимая, что он не станет говорить первым, спросила я. – Это было показательное выступление для меня, чтобы доказать, что я не смогу мириться с твоими девушками?
Брови Кейда едва приподнялись.
– Тебе хочется так думать?
Я нахмурилась – не знаю, чего он добивался, но я почти не сомневалась в том, что права.
– Я думаю, ты хотел, чтобы я это увидела, – честно призналась я.
– А то, что я хотел просто трахнуть эту девицу – такая мысль тебе в голову не приходила?
Он произнёс это вполне добродушным, даже участливым тоном, и это было хуже, чем его привычная словесная оборона или злость.
– Ты то отталкиваешь меня, то ревнуешь к другим мужчинам, а потом тычешь носом в своё кобелиное поведение! – я повысила голос, не собираясь так просто сдаваться.
– Я не знаю, чего ты хочешь, в конце концов. Ты сам не можешь определиться.
Кейд удивлённо вытаращился на меня, словно я сморозила самую несусветную глупость.
– Я не могу определиться? Ло, ты не думаешь, что тут как раз наоборот? – он склонил голову набок, глядя на меня с недоверием. – Я чётко сказал тебе, чего хочу и как всё может быть. Что ещё я должен сделать?
Я насупилась и отвернулась – это был какой-то херов тупик.
