Впрочем, она и в коротких записках умудрялась быть самою собой и забыть о себе не позволяла. Такая записка – в ответ на посланную коробку орхидей – ждала Алекса вечером следующего дня, как только он вернулся в особняк.
«Дорогой Александр Николаевич, хоть и сумела я разобрать Ваш почерк только с третьего раза, все же горячо Вас благодарю за цветы. А так же прошу принять мой небольшой предсвадебный подарок Вам. Лиза»
«Небольшой» подарок в гостиную сумели внести только двое лакеев, бочком протискиваясь в двери. А несли они, раскрасневшись от натуги, огромный и, по всему видно, что тяжелый, ящик.
– Куда ставить прикажете, барин? – кряхтя, поинтересовался один.
– Э… здесь и ставьте, – растерялся Алекс.
Впрочем, когда сорвал оберточную бумагу и прочел надпись на немецком, тотчас пожалел, что отпустил парней так рано – подарку было место явно не в гостиной. Подарком оказалась печатная машинка «Ремингтон» 1880-х годов выпуска.
Глядя на это чудо, Алекс испытывал смешанные чувства. Стыд за себя самого – что не может даже карточки для девушки подписать… Досаду – оттого что Лиза это подметила и не оставила без внимания.
Но уязвить ли она его хотела? Писать от руки он уже не мог, это объективная истина. Однако именно теперь ему надобно сочинить уйму документов. Так что хотела Лиза его уязвить или нет, но машинка эта пришлась как нельзя кстати!"
"Не отдавая себе отчета, Алекс подошел к окну, глядящему на парк Кулагиных, и нашел окна их дома. В третьем слева на втором этаже тотчас одернули занавеску.
Алекс улыбнулся.
«А она ведь и правда обо мне заботится…» – осознал вдруг он, и почувствовал, как в душе шевельнулось неясное теплое чувство.
Немедленно захотелось сделать что-то хорошее для Лизы. Еще один подарок? Но не цветы, которые завянут через пару-тройку дней. К тому же, Лиза не очень-то любит цветы.
А что она любит?
Этим вопросом исподволь Алекс промучился половину ночи. И то ли во сне, то ли наяву припомнил, как Лиза обмолвилась когда-то, что самым загадочным и непонятым из всех русских писателей считает Гоголя и не прочь была бы с его творчеством ознакомиться ближе.
Словом, рассвет застал Алекса в дедовой библиотеке. Здесь, устроившись прямо на полу и предвкушая изумление Лизы, он старательно упаковывал в розовую бумагу собрание сочинений вышеозначенного Гоголя. Все двадцать четыре тома.
Позже, отправив с лакеями подарок, он строго-настрого велел записку с ответом, ежели Елизавета Львовна такую напишет, снести в его кабинет да не потерять.
