Тем более что девушка что-то вспомнила:
– Вот только ссорилась старуха с кем-то, – продолжила потерпевшая, – но это еще вчера, опосля того, как ко мне зашла. Кричала что-то, выговаривала со злостью, а потом… потом хлопок был. Будто дверь где-то грохнула о стену. И все стихло. Так это что же – выстрел был?
Кошкин не ответил. Мрачно переглянулся с подручными, с хмурым Образцовым. Поколебался немного и, хоть был уверен, что ему это еще аукнется, наручников его не расстегнул.
– Тот, для кого привели сюда девушку, наверняка вот-вот явится, – вкрадчиво объяснил он Образцову.
– Потому я останусь здесь и буду ждать. И потому же вас покамест не освобожу, Павел Петрович.
– Что ж ты меня до Второго пришествия здесь держать станешь, Кошкин? Али пристрелишь еще? – хмыкнул тот.
Чем только более убедил Кошкина: как только он освободит Образцова – тотчас будет арестован сам. Ладно, пусть так… и все же эту сволочь, для которой сюда приволокли девчонку – он дождется!
А дальше поглядим.
Полицейские слушались его неохотно – и все же слушались.
Мельком увидав свое отражение в оконном стекле, Кошкин понял отчего: вид его нынче был страшен. Он сам испугался этого дикого взгляда человека, что способен на всякое. Да и ладонь, уверенно лежавшая на рукояти револьвера (хоть и был тот в кобуре), желаний спорить не вызывала…
Один подручный повез потерпевшую девчонку в участок, он же обещался позвать судебного медика. Второй отправился допросить жильцов. Сам же Кошкин спустился вниз, еще раз осмотреть место преступления.
Убитой и впрямь была Аглая Савина. Жизнь потрепала ее сильно, но все же черты белокурой хорошенькой девушки с фотокарточки вполне угадывались.
Она сидела в кресле, запрокинув голову и дико распахнув глаза. Пулевая рана была всего одна – в центре лба. Однако не стоило обольщаться, будто убийца – первоклассный стрелок: старуху убили выстрелом в упор. О том подсказали сизые следы пороха на ее лице и надорванная кожа вокруг раны. Судя по всему, убийца держал ее на мушке, покуда они разговаривали – ссорились, по словам пленной девушки – а после приставил ко лбу револьвер и выстрелил.
Как вошел? Вероятнее всего, что впустила его сама хозяйка – поскольку замки на входной двери английские, крепкие. Такие не взломаешь. Аглая знала убийцу… Вышел он, скорее всего, тоже через парадную дверь, поскольку замок захлопывался автоматически – ключа, чтобы запереть, не требовалось.
Отыскал Кошкин и записи, сделанные рукой хозяйки дома.
