Капитан отдал честь принцу и громогласно провозгласил:
— Вы арестованы за измену короне!
Гвардейцы начали поднимать высокородных с пола — только девушек по велению Даррела не тронули. Они так и остались сидеть на диване, прижимаясь друг ко другу. Принц молча подал мне руку, и мы первыми покинули зал.
Мы направились в Мраморный зал вместе с гвардейцами и арестованными высокородными. Почему именно туда, я сначала не понимала. Смысл этого дошел до меня уже тогда, когда мы появились в толпе танцующих, произведя настоящий фурор.
Музыка замолчала, люди заволновались, стали оглядываться на нас, не понимая, что происходит. Атмосфера неуловимо изменилась, стала напряженной, а ощущение праздника пропало. И тогда до меня дошло — это было публичное, показательное наказание.
Высокородных подвели к тронам, и император глянул на них с долей усталости и пренебрежения, словно заранее зная, что они появятся перед ним. Лицо сидящей рядом императрицы было бесстрастным. А Этель и Винсент удивленно переглянулись.
— Командир батальона гвардии Золотого полка, ваше величество, — Главный среди гвардейцев резко приложил к груди сжатую в кулак руку.
Я слегка прикусила губу. Золотой полк — собственный полк императора, настоящая элита. Если стража охраняла дворец, то гвардейцы Золотого полка — императорскую семью. Поэтому дислоцированы они были в столице.
— Простите за доставленные неудобства, но дело безотлагательное, — продолжал командир. — Нами были обнаружены новые предатели короны.
Он указал подбородком на парней, которых удерживали другие гвардейцы, хотя те и не вырывались.
Знали, что бесполезно, и убежать им некуда. Даже глазами не сверкали, а смотрели в пол — боялись императора. Хотя один из них все же осмелился сказать сквозь зубы:
— Это ложь, ваше величество! Мы не предатели короны!
— Молчать, — коротко велели ему.
— Я не хочу молчать! Нас подставили, ваше величество! — выкрикнул высокородный и тотчас получил болезненный тычок в ребра, после которого вынужден был замолчать."
"В зале послышалось недовольное роптание.
Гостям не нравилось то, что происходит. Кому-то хотелось продолжить веселье, а кто-то был зол из-за того, что гвардейцы посмели схватить высокородных. Как только посмели?
Император жестом подозвал командира к себе, и тот что-то тихо стал говорить ему. Я со своего места, которое пришлось занять рядом с Даррелом, ничего не слышала.
— Что происходит? — шепотом спросила я принца.
— Все хорошо, — ответил тот и вдруг спросил: — Ты в порядке?
— Да.
