Поиграл с ней, когда она ворвалась к нему в самый неподходящий момент. Но это была его маленькая месть. Она сама вывела его из себя мерзкими несправедливыми словами, а он был нетрезв — после окончательного расставания с Евой принц напился и плохо понимал, что делает. Даррел пил, потому что тяжело было принять это решение, но он знал — так будет лучше и для него, и для Евы. В конце концов, она не сможет быть его любовницей, это действительно унизительно. И он не заслуживает чистой и искренней любви такой, как она. К тому же его собственные чувства погасли.
Он должен отпустить ее, не держать рядом, как красивую птичку в золотой клетке. А сам должен сделать то, что требует от него семья. Это самое верное решение.
Если сначала Ева говорила, что им нужно расстаться, то потом, услышав его слова, вдруг сказала, что не готова сделать это. Она плакала, говорила, что любит его, пыталась целовать, даже начала раздеваться, чем удивила Даррела — он мягко оттолкнул ее, за что получил пощечину. А спустя небольшое время получил и вторую пощечину — от Белль, с которой заигрался, вымещая на ней свою злость.
Только она до сих пор не знает, что он, выпев того отвара дроу, пошел за ней. И никогда не узнает. Незачем это. Пусть она продолжает считать его мразью. Он сам со всем разберется. С Евой. С теми, кто устроил травлю в академии, используя его имя. И с самой Белль — если понадобится. Он все еще не мог простить ей то, что она связалась с Эштаном и вместе с братцем продала информацию о нем и Еве газетчикам.
Даррел снова искоса взглянул на девушку — она стояла, задрав подбородок и уверенно расправив плечи, словно высокородная.
Ах да, она и есть высокородная. Как же он мог забыть!
Эйховы рога, почему именно она должна стать его женой? Из тысяч женщин именно она! И неужели она тоже дракон? Он не чувствовал в ней силы. Но пару раз ловил себя на притяжении к ней, что безумно раздражало.
Впрочем, Белль, кажется, тоже была не в восторге от того, кто ее жених. Наверняка единственная в этой проклятой академии, куда Даррела заставил прилететь отец.
Другие бы пищали от восторга, а эта препиралась и окатывала презрительным взглядом — тем, от которого у него внутри кипеть начинало. Сразу видно — род Черного дракона. Темный род. Презрение у них в крови.
Не отпуская ладонь Белль, Даррел подвел ее к дверям и остановился. Еще немного, и двери распахнутся, а они спустятся по парадной лестнице вниз, в Большой драконий зал, где их все ждут. И весь мир узнает, что Белль — его невеста.
