— Хотите, проведем? Говорят, эти ритуалы помогают исполнить желания — в них сокрыта большая сила. Не то, чтобы я в это верю, но в нашей провинции это все делают перед Ночью зимнего свершения. Местная традиция.
Я тоже не была против — только за.
Сначала мы написали свои желания на листиках. Подготовили вещи — дары новогодним духам. Я — перчатки, Элли — серебряную подвеску, Элли — книгу. Духи не привыкли делать что-то просто так, как и боги.
Переговариваясь, мы погасили свет, сели на пол, перед старым котелком, в котором Дэйрил раньше варила зелья.
Еще не было и пяти часов, но солнце уже почти село, а потому комнату наполнил вечерний бархатный сумрак. Нами овладело предвкушение. Что же это за ритуал такой? Исполнятся ли наши желания? Отчего-то стало волнительно.
Элли собрала наши записки, бросила их в котелок, посыпала их какими-то травками, что нашла у Дэйрил в шкафу, пошептала что-то на друидском и попросила:
— Белль, дай огня.
Я кивнула, и с моих пальцев сорвалось пламя. Оно осветило наши лица и подожгло бумагу, а та весело принялась гореть, заискрила даже.
Запахло жженой бумагой и горькими травами. Можжевельник, чертополох, высокогорный вечник.
Мы взялись за руки и крепко сжали пальцы друг друга.
— Великие духи нового года, проводники нового времени, — тихо заговорила Элли, глядя на огонь. — Придите к нам и озарите своим светом. Возьмите подношения. Ниспошлите исполнение желаний. Одарите милостью богов наши души. Дух начала нового. Дух времени. Дух огня. Придите. Вдохните в наши желания силу… Начало.
Время. Огонь. Начало. Время. Огонь. Начало…
Элли шептала и шептала это, без остановки, и у меня начала легонько кружиться голова. Кажется, мы впадали в легкий транс. Ее голос отдавался эхом в моей голове. А пульс бился в такт ее словам.
— Начало. Время. Огонь. Великие духи нового года, новой жизни, придите и сделайте наши желания явью. Представьте, что хотите получить, — велела вдруг Элли высоким голосом. Пламя стало огромным — вспыхнуло и озарило комнату. Я почувствовала это даже через закрытые глаза.
«Новогодние духи, пошлите мне настоящую любовь, — прошептала я мысленно, думая об Эштане и представляя, как он целует меня. Однако сфокусироваться на его образе удавалось плохо — я будто падала во тьму, и все мысли растворялись. Время растянулось до бесконечности, однако в какой-то момент мне показалось, что чьи-то обжигающе-горячие губы касаются моих губ — осторожно и мягко. Невинное прикосновение, от которого на глаза навернулись слезы.
