Тушеная квашеная капуста, щедро сдобренная специями и маслом. Еще и крупная булочка рядом.
Уплетаю здоровенную порцию за несколько минут. Запиваю лакомство безалкогольным глинтвейном. Сама себе удивляюсь, когда осознаю, что и от десерта не откажусь.
Орехи, обжаренные в сахарном сиропе. Пряники. Пончики. Имбирное печенье. Пироги. Фрукты в шоколаде и в карамельной глазури. Как тут выбрать, если хочется попробовать все?
Я покупаю пряничное сердце, но понимаю, что съесть его не смогу. Слишком красивый. Жалко. Укладываю в сумку и решаю все же пройтись по магазинам.
Нельзя же все время только на еду тратить.
Меня привлекает популярный ювелирный бренд. Фирменные упаковки нежно бирюзового цвета известны по всему миру. Я замираю возле порога, и охранник магазина распахивает передо мной дверь, приглашает внутрь. Один из консультантов широко улыбается, мигом приближается ко мне, сообщает, что сейчас здесь много покупателей, и если я желаю пообщаться непосредственно с продавцом, изучить ассортимент на витринах, которые располагаются внутри магазина, придется подождать.
Он предлагает мне выпить кофе. Сперва кажется, будто меня здесь знают, предупреждены о визите заранее, но после я замечаю, у них одинаковое отношение ко всем посетителям. Только ждать совсем не хочется. Прощаюсь и выхожу. Задерживаюсь у стекла снаружи.
Какая красота. Если не замечать цены. Цифры пугающие. Кольцо по стоимости как дом. Ожерелье еще дороже. Блеск камней ослепляет. Кружит голову.
А потом вдруг возникает странное чувство.
Мое лицо точно обжигает, обдает жаром. Я отвлекаюсь от драгоценностей и смотрю прямо передо собой.
Женщина. Молодая и очень красивая брюнетка. Она смотрит на меня. Или это так кажется? Консультант подает ей фарфоровую чашку. Девушка-продавец показывает различные модели украшений.
— Жаклин Верман, — доносится до меня уже знакомый мужской голос. — Дочь Генриха Вермана. Завидная невеста.
— Впервые слышу, — пожимаю плечами. — Лучше бы вы сами представились. Или мне так и называть вас дальше — Советник?
— Август.
— Простите? — даже оборачиваюсь и смотрю на него.
— Вы можете называть меня «Август», — спокойно произносит мужчина. — Это довольно распространенное имя для Германии.
Снова перевожу взгляд. Странно, кажется, эта девушка до сих пор смотрит на меня. Наверное, удивляется, почему я прилипла к стеклу. Ощущаю странную тяжесть от зрительного контакта. Неприятное чувство.
— Вам доставят любые драгоценности, которые пожелаете, — говорит Август.
