— Пошел ты…
Он перехватывает мое запястье, прежде чем я успеваю запустить в него чашку, мягко извлекает предмет и ставит на стол, склоняется и запечатлевает на моей коже учтивый поцелуй. Все это проворачивает буквально за секунду.
Лишь пораженно охаю от такой наглости.
— Кстати, тебе не идет сквернословие, — вкрадчиво отмечает Джеро. — Говорил раньше, но мне совсем не лень повторить. Когда мы будем вместе, я лично отучу тебя от этой дурной привычки.
— Что? — дергаюсь, пробую вырвать руку из его цепких пальцев.
— Мы никогда не будем вместе. Никогда! Слышишь? Отвали от меня! На каком языке это надо сказать, чтобы ты наконец понял?
Грубый захват причиняет боль. Мужчина больше не удерживает мою ладонь. Сжимает. Поворачивает. Скользит большим пальцем по моим пальцам.
— Мурамаса отметил тебя, — заключает неожиданно мрачно.
— Отпусти, — требую яростно.
— Интересно, что скажет Райден, — протягивает задумчиво. — Когда узнает про выбор этого меча.
— Какой бред, — отмахиваюсь. — Меч не может никого выбрать.
— Этот — может, — в его холодном голосе звучит непоколебимая уверенность. — Однажды выбрал. Меч Мурамаса всегда ощущает настоящего хозяина. Помечает клеймом.
Вот ведь ерунда. На моем пальце едва ли можно различить следы ночного пореза. Про какие отметины речь?
— Я не воин, — бросаю в ответ. — Пусть меч возвращается к прошлому хозяину.
— Это вряд ли, — говорит Джеро и резко отпускает меня. — Она давно погибла.
— Она? — невольно переспрашиваю.
— Женщина, которую убил Райден, — чеканит ледяным тоном.
— Поглядим, повторится ли история снова.
Он прибавляет еще одно слово, которое я не сумею повторить, да и разбираю с трудом. Видимо, сказано по-японски. А после мужчина бросается вглубь кафе, чуть не сбивая с ног официанта, проносится, словно ураган.
Дверь распахивается. Парень мчит за ним следом. Вероятно, мой телохранитель. Следом проскакивает еще один. Замечаю возле витрины кафе советника Рустама. Мужчина мне подмигивает. Издевается, что ли?
Я достаю карту и хочу попросить счет, но меня отвлекает телефонный звонок.
Номер на дисплее незнакомый. Если это очередная «женщина моего мужа», я его просто убью, вот найду и убью. Правда, сначала поцелую, а уже потом…
— Да, — принимаю вызов.
— Я задержусь, — хриплый голос Рустама оплетает горло колючей проволокой. — Прости, пришлось пропасть. Но я снова на связи. Набирай сюда. Теперь это мой рабочий номер. Постараюсь успеть к вечеру.
Он говорит странно. Отрывисто. Дышит тяжело.
