И эти звуки действуют на моего супруга как щелчки кнута. Нет, скорее как разряды электрического тока. Как выстрелы в упор.
Проклятье. Он разъярен. Готов всю эту клинику разнести. Голыми руками. Все стены в пыль раздробить громадными кулаками.
— Рустам, — царапаю его руку. — Хватит.
— Что? — хмуро сдвигает брови. — Я тут.
— Ты всех распугаешь, — бормочу. — До инфаркта людей доведешь.
— Я никого не тронул.
— Твоего взгляда достаточно.
— Ничего, — бросает мрачно. — Пусть поживее шевелятся. Пусть вообще делают хоть что-нибудь.
А если от них толка нет, то какого хрена они тут?
— Рустам, — судорожно выдыхаю и закатываю глаза.
— Тебе больно, — говорит он и по тону становится ясно, мою боль он воспринимает куда ближе и острее, чем свою собственную. — А они ни черта сделать не могут.
— Это нормально, — выдавливаю слабую улыбку. — У всех женщин так происходит. Я в порядке. Я…
Опять схватки. И опять кричу. Тужусь сильнее.
Все. Еще совсем чуть-чуть.
— Рустам! — опять удерживаю мужа от расправы. — Ты… ты невозможный мужчина.
Невозможный… и любимый. А ну-ка присядь… Живо!
То на крик срываюсь, то на шепот. Закашливаюсь. Задыхаюсь. Однако умудряюсь держать в узде своего личного зверя. Стараюсь рукой точно цепью обвить.
Дикий. Безумный. Безжалостный. Одержимый. Мой.
Ужас какой. Рожаю я, а он с ума сходит. Ну нельзя так, нельзя.
— Рустам, — опять улыбаюсь. — Все."
"Крик нашего малыша взрывает пространство. Радостный. Звонкий. И требовательный. Наш маленький воин громко заявляет о себе.
Рустам целует меня.
Жадно вдыхает мой запах.
Врач занимается ребенком, проводит все, что необходимо выполнить, после подает долгожданный комочек счастья мне, но принимая своего сына, обхватывая его руками, замечаю, как бледнеет доктор.
— Что-то случилось? — вглядываюсь в личико ребенка, после снова перевожу встревоженный взгляд на врача. — Что-то не так?
Доктор дергается. Кажется, его рот сводит судорогой.
Рустам поднимается, сжав кулаки.
— Стой, — поспешно одергиваю супруга. — Скажите, что происходит?
— У вас девочка, — выдает врач.
— Девочка? — спрашиваю изумленно.
— Д-да, простите, — запинается бедняга.
— И что с ней не так? — рявкает Рустам.
— Все отлично, — заверяет. — Абсолютно здоровый ребенок. Показатели в норме. Никаких отклонений.
— Тогда чего ты трясешься? — мрачно интересуется муж.
— Они думали, ты хочешь мальчика, — включаюсь в беседу. — Рустам, присядь, пожалуйста, посмотри на нашу принцессу.
Подчиняется. Возвращается на свое место.
