Никто не пожелал увидеть правду. Особенно в этот раз. Следует помнить, что ваш муж – самый ненавидимый в Америке человек. Может, людям легче думать о нем как о самоубийце, трусе, чем как о жертве?
– Легче?!
Голова Грейс шла кругом. Разум отказывался воспринять сказанное.
– Я хотел рассказать вам первой. Знаю, это чертовски страшно, это шок, но новости на самом деле хорошие. Думаю, у нас достаточно оснований, чтобы просить о том, чтобы дело вновь открыли. Это будет первый шаг к расследованию убийства.
Грейс надолго замолчала.
– Нет. Не хочу вмешивать сюда полицию, – решила она наконец.
– Но, Грейс…
– Нет.
Кто-то убил Ленни. Прикончил, словно животное на бойне, и швырнул в волны. Какой смысл от полиции, суда, всей продажной, омерзительной так называемой системы правосудия?
«Разве я или Ленни не заслужили правосудия? Америка прокляла нас обоих лишь потому, что так было «легче». Они позволили убийце Ленни спокойно уйти. И бросили меня гнить в тюрьме. Что же, будь проклята Америка. Время правосудия миновало».
– Тогда что мне делать? – озадаченно спросил Дэйви.
– Найдите того, кто это сделал. Джон Мерривейл или кто-то другой? Я хочу знать, кто убил моего мужа. Как он сделал это и почему. Хочу знать все, и наверняка. Разумные сомнения меня не интересуют.
– О’кей, – согласился Дэйви. – И что потом?
– А потом подумаем о следующих шагах.
«А потом я его прикончу».
Свет выключили. Грейс лежала без сна, перебирая в памяти сказанное.
Убийца Ленни должен был в день шторма находиться в Нантакете.
Это мог быть и чужак. Но такое маловероятно.
«Это был кто-то из близких. И нам, и «Кворуму». И он знает, как пропали деньги».
Кто гостил у них в то время?
Конни и Майкл.
Онор и Джек.
Мария и Эндрю.
Кэролайн и Джон.
Семья «Кворума».
Только вот они не были семьей.
Не были друзьями.
Все покинули Грейс в тяжелую минуту.
И один из них убил Ленни.
Грейс больше не желала правосудия. Она мечтала о мести.
Той ночью Грейс Брукштайн начала строить планы побега.
Глава 13
Карен Уиллис сонно потерла глаза.
Было два часа ночи, но Грейс почему-то забралась к ней в постель.
– Грейс? Что с тобой? Заболела?
Грейс молча качнула головой.
Они прижались друг к другу и накрылись одеялом, чтобы согреться.
Карен спиной ощутила мягкость груди Грейс. Запах ее кожи. Нежную ласку дыхания. И, повернувшись, инстинктивно сунула руку под рубашку Грейс, нашарив шелковистую влажность между бедрами.
– Я люблю тебя, – прошептала она, прижавшись губами к губам Грейс.
