– Грейс Брукштайн остается ключом к этому делу. Мы должны взять его под контроль. Настоять, чтобы полиция передала расследование в Бюро!
– О да, – рассмеялся Бейн. – Я буду настаивать. Уверен, шефу полиции это понравится.
Гэвин взглянул на Джона, словно в поисках поддержки. Но Мерривейл, как полагается настоящему трусу, уставился на собственные туфли.
Уильямс в бешенстве вскочил и устремился к выходу.
– Знаю, ч-то вм-мешиваюсь не в свое дело. Но думаю, что у агента Уильямса сильный стресс.
– Вы правы, – согласился Бейн.
– Я скоро переведу его в другое подразделение. Он одержим Грейс Брукштайн и не в силах мыслить здраво. Ее побег отвлек его, а это недопустимо.
– Совершенно верно.
Мерривейл с облегчением вздохнул.
Ему не будет покоя, пока Грейс не найдут, а еще лучше пристрелят. Известие о ее побеге глубоко его потрясло. Но сегодняшнее совещание вселило надежду. Если Уильямса уберут из расследования, Джону станет намного легче вести Бейна и его людей по ложному следу.
Рано или поздно у них кончатся силы, или деньги, или то и другое, и расследование прекратят.
И тогда он наконец будет свободен. Свободен покинуть Нью-Йорк, бросить Кэролайн. Жизнь без цепей! Это стоило любых страданий!
– В-вы действительно с-считаете, что ее быстро найдут?
– Уверен! – воскликнул Бейн. – Ради всего святого, это же Грейс Брукштайн! Где она может скрыться?
Во сне она слышала стук, слабый, но быстрый и настойчивый. Постепенно шум становился громче. Грейс проснулась.
Кто-то стучал в дверь!
Вскочив с постели, она схватила стилет и, завернувшись в простыню, поковыляла к двери.
– Кто там?
– Это я.
Йода.
Грейс отложила нож и приоткрыла дверь.
– Остаетесь еще на ночь?
Из коридора бил ослепительный свет. Грейс моргнула.
– Простите?
– Так вы останетесь еще на ночь? Сейчас полдень. Вы заплатили до половины первого, так что либо уходите, либо платите еще за ночь.
– О да, я остаюсь.
– Двадцать долларов.
Грейс вытащила еще банкноту из пачки и протянула старику.
Он молча взял купюру и пошаркал назад, к стойке.
Двенадцать часов! Иисусе! Должно быть, она сразу вырубилась.
Грейс раздвинула занавески, но тут же сдвинула снова. Слишком светло.
Плеснув в лицо холодной воды, она натянула одежду, которая до сих пор пахла тем ублюдком. Но у нее не было другой. Сегодня она купит себе новую.
Телевизор так и проработал всю ночь. Грейс прибавила звук. На этот раз разговор шел об экономике.
