— Левитатора на капитанский мостик!
Боцман Пегий тут же прогудел авральный сигнал. Все, кто был свободен от вахты, понеслись выполнять приказание. Ритольф прискакал как молодой, только учащенное дыхание предательски показывало его настоящий возраст.
— Господин левитатор, не стоило так усердствовать, — попенял я. — Вы мне еще нужны живым.
— Пустое! — отмахнулся Ритольф. — Это я от непривычки. Заплыл жирком на довольствии Дикого Кота. Что, ожидается шторм?
— Часа через три накроет, — я показал на потемневший горизонт.
— Решил увеличить скорость брига до двенадцати узлов с помощью гравитонов. Если не получится выйти из полосы шторма, поднимайте корабль. Хватит сил разогнать кристаллы и удержать их на нужной мощности?
— На два часа точно хватит, — уверенно ответил Ритольф. — Буду разгонять постепенно. Если к указанному времени не увернемся, подниму «Тиру». Но болтать будет страшно. Судя по форме облаков — это хельм. Не самый приятный гость, особенно учитывая, что он идет со стороны Соляных островов.
— И попадает в «бутылочное горлышко» между Пакчетом и восточным побережьем Дарсии, — добавил я.
— Что ж, придется побороться с хельмом, раз удача начала отворачиваться от меня.
— Поборемся, — ободряюще улыбнулся Ритольф и молодцевато скатился по ступенькам вниз, дробно стуча каблуками новых сапог.
Хельм — не самый страшный ветер в океане и на море. Единственная его опасность заключается в умении закручивать жуткую водяную спираль вокруг объекта, попавшего под удар, будь то корабль или островок. Слабое корыто уйдет под воду, а на суше будет разломано все, что попадет в полосу действия хельма.
Обойди его стороной — и никаких неприятностей кроме высокой волны. Но был и положительный момент. На высоте с гравитонами нам ничего не угрожало. Фронт шторма был низким, и на этом я решил сыграть."
"Пегий с пиратами, взяв в помощь штурмовиков, справились со своей задачей. Паруса были убраны, в трюме закрепили бочки с водой, пушечные порты намертво задраили. К тому времени, когда палуба «Тиры» начала содрогаться от мощных энергетических колебаний гравитонов, мы были готовы к удару хельма.
Небо потемнело, задул резкий порывистый ветер. Под форштевнем с шипением расступалась почерневшая вода, мачты напряженно гудели, заметно прогибаясь от напора воздушных масс.
Я спустился в свою каюту, которую делил с Леоном и Михелем в дневное время. Свою комфортабельную каюту добрые друзья великодушно отдали Тире. Спать, правда, они уходили в матросский кубрик, благо, мест хватало.
