Наконец, выпрямился, держа в руках небольшой холст в деревянной рамке. Прошлепал босыми ногами по полу, и с торжественным видом положил картину на стол. Я хмыкнул. На ней был изображен мой поединок с Муреной. Надо сказать, мастерски изображен, чуть ли не фотографически. Движение рук, изгибы тела, игра света и тени, наши напряженные лица… Казалось, еще чуть-чуть, и мы снова задвигаемся в ритме жестокого боя.
— Я был там, — пояснил Бриар, любуясь не своей картиной, а моей ошеломленной физиономией. — Впечатлился настолько, что сразу, как пришел в свою комнату, закрылся на несколько дней, пока не нарисовал.
Память у меня очень, знаете ли, хорошая.
— Да, это великолепная картина, — признался я.
— А кто вы? Обычно мою технику обзывают мазней, кроме татуировок, — хихикнул художник. — Вы же показали себя неплохим ценителем прекрасного. Простолюдину неподвластно понять, в чем ценность написания на холсте картин.
— Зря вы так думаете, — я налил в кружку со старыми потеками вина аксумского пойла.
— Пейте. Вас всего трясет.
— Всего несколько глотков — и я обретаю целостность восприятия мира, — пробурчал Бриар, махом высосав живительную для своего организма влагу. — Ага! Прекрасно! Так вы покупаете этот шедевр?
— У меня нет таких денег, — пришлось состроить грустную улыбку. — Увы, счастье отвернулось, пришлось сойти на берег в результате разногласий с командором. В кармане одни медяки.
— Жаль, — нисколько не расстроился Бриар, оживая на глазах. — Я могу отдать вам ее в счет будущей оплаты.
Или по частям. Скажем, десять долей. Первая выплата сейчас.
Я рассмеялся. Не откажешь этому человеку в предприимчивости.
— Хочу предложить кое-что другое, — подумав, налил еще половину кружки, которая тут же опустела. Бриар вернулся на кровать и приготовился слушать. — мне нужен штандарт на бриг «Тира».
— Но ведь там прекрасный флаг! — воскликнул художник. — Я же душу продал дьяволу за то, чтобы изобразить прекраснейшую девушку, жемчужину на этом чертовом архипелаге! Зачем менять?
— Согласен, девушка прописана изумительно, — кивнул я.
— Но мне нужен новый ее портрет, без этого пиратского антуража.
— Вы не корсар, сударь. Вы — беглый аристократ, волею судьбы попавший на Керми, — выставил на меня палец Бриар. — Ваша речь выдает с головой… А зачем вам новый флаг? Это как-то связано с переворотом на Рачьем? Да, я уже знаю, что произошло. Вы убили Лихого Плясуна, об этом с самого утра гудит остров.
