По сравнению с моим прошлым миром, здешняя алхимия – детские потуги сотворить что-то нужное. Здесь не происходит реакция кристаллизации света, здесь с помощью алхимических рун нельзя привязать человеческую сущность к механизмам.
Дальше – резные двери булочной мадам Баттерфляй. Бетти очень любила ее сдобу, но переживала из-за того, что может излишне поправиться. На углу двенадцатой и десятой-стрит, как обычно, дежурит Джеймс Тенн, втягивает голову в плечи, словно нахохлившийся воробей.
– Ветрено сегодня, сэр! – поприветствовал меня полисмен, отдавая честь.
– Куда вы ночью?
– По делам, Джеймс.
– Следите за пауками, вечером одного видели в табачном переулке.
– Мы будем очень осторожны. Счастливого дежурства.
Когда показалась кладбищенская ограда, на луну наползло вуалью полупрозрачное облако. Часы на ратуше – творение Эвана – пробили три раза.
– Др-р-раконы! – оглушительно закричал Гарольд, за что получил от Маккензи по клюву.
– Сэр, – обратился Маккензи ко мне, приглаживая рыжие кудри, – не нравится мне всё это.
Может, скажете, куда и зачем мы идем? От этого места бросает в дрожь, забери его баньши! Говорят, что именно в таких местах можно встретить лунный народец.
Я, не останавливаясь, шел дальше.
– Сэр, вы верите в лунный народец? – догнал меня Маккензи.
Я неопределенно пожал плечами, открывая скрипнувшие ворота.
– Я не верю, но говорят… Сэр, вы только не смейтесь, но говорят, что это они не выпускают нас из Города. Не хотят, чтобы мы меняли этот мир. И еще говорят, что лунный народ обитает на границе между мирами живых и мертвых.
Через их земли ведет лунная дорога, по которой уходят души умерших. Вы верите в эти сказки, сэр? Нет? А вот Часовщик, то есть, простите, сэр Броуди, верит. Все эти его пауки… Ваш друг объявил войну лунному народцу. Его механизмы ползают по Городу и ищут, ищут…
– Помолчи, – бросил я."
"– Но, сэр, – продолжил шепотом Маккензи, – вы говорили, что драконы, напавшие на нас во время путешествия, это только игры нашего сознания. Что лунная дорога, которая чудится умирающим, – это лишь галлюцинации.
Но мне всё больше вспоминается, что наша машина двигалась по ней… По лунной дороге на границе миров. И нас не пустили. Нас оставили в живых, но теперь не выпускают из Города.
– Мы давно умерли, Маккензи, или ты забыл? Мы существуем благодаря науке, и ей должны верить.
– Помню. – Маккензи поднял левую руку и посмотрел на вытатуированный ниже запястья номер, который присваивался восстановленным.
Все наши детали именные.
