Неожиданно я ощутила, что плитка под пальцами раскрошилась, превращаясь в песок. Оказалось, что пол покрылся мелкими трещинами, похожими на кракелюры старинных картин. На особняк, простоявший пустым семь поколений, словно обрушилось стремительное старение…
Дом разрушала я!
Резко подняла трясущиеся руки и тогда-то заметила на стене ярко светящуюся спираль. Это было даже не оцепенение, а паралич. Вот оно, спасение, совсем рядом! Но дотронься до руны «перемещение», и граница разлетится вдребезги. Какое тонкое издевательство!
Оставалось сдерживать злые слезы, сверлить символ гневным взглядом и ждать, когда Кайден заберет меня из этого гиблого места.
– Ты всегда была с чудинкой, но ума тебе было не занимать, – раздался в тишине издевательский голос Валентина. – Как быстро ты догадалась. Мое восхищение!
Он неспешно пересекал холл. Высокий, худощавый, с волосами почти до плеч. И что я находила в нем красивого?
Присел рядом, протянул руку к моему лицу, я резко оттолкнула ее, не позволяя себя трогать.
На мгновение его перекосило от злости, но на губах снова заиграла улыбка.
– Ты перепачкалась в крови, – произнес он и тут сделал ну совершенно немыслимую вещь: послюнявил палец и провел по моей щеке, видимо, пытаясь оттереть кровавый мазок.
– Меня от тебя тошнит, – прошипела я. Что было недалеко от истины, потому что от слабости меня действительно тошнило.
– А раньше ты меня хотела, – ухмыльнулся он.
– От этого меня тошнит еще сильнее.
– С чувством юмора у тебя тоже всегда был полный порядок, – промурлыкал он.
– По большей части, Лерой, ты была ужасно забавной. Мне будет не хватать твоих шуток… Сказать, откуда я узнал об этом месте? Меня здесь держали во время похищения.
– Если прямо сейчас ты хочешь исповедаться, то лучше отвали, – просопела я.
– Зачем мне исповедоваться, если я совершаю благое дело? – как будто даже удивился он, а я поперхнулась от гнева.
– Кем ты возомнил себя, Валентин? Ты, наверное, думаешь, что спасаешь мир? Это смешно.
Неужели ты так сильно ненавидишь Абрис, что воображение отказывает? Наши миры намертво срослись. Что случится с тобой, если тебя разрезать пополам? – Я провела пальцем в воздухе от точки на его лбу до подбородка. – Давай проверим? Но сомневаюсь, что ты выживешь.
– Ты же понимаешь, что я все равно заставлю тебя зажечь руну. Одно касание, и все закончится. Светлое останется на свету, темное – в темноте.
– Попробуй.
