– Но, пойми, я не видел другого выхода.
– Да ее-то за что, сволочь?
– Она меня, кажется, видела, – нахмурился Веснин. – Но я могу ошибаться. Поэтому на всякий случай я ей подсунул бутылку вина, которую приготовил Немировичу. А с ним разобрался позднее. Ну так уж вышло. Она просто не в тот момент вышла в коридор.
– И не жаль тебе ее?
– Жаль. Вот ее жаль. Но у меня же дорога в один конец, Юрий Петрович. Выпьем за это?
– Ты болен, – ахнул Серов.
Не слушая его и перегнувшись через подлокотник кресла, Веснин поднял с пола сумку и вынул из нее бутылку с вином.
– Помнишь, как мы с тобой познакомились, Юрий Петрович? – спросил он, возясь с пробкой. – Ты к нам домой пришел, чтобы вручить аттестат лично, а потом ты узнал, что Денис учится в той самой школе, в которой и твоя дочь. Если бы я знал тогда, чем все обернется, то на порог бы тебя не пустил.
Он показал бутылку Серову.
– Вино хорошее, я в этом толк знаю. Я с тобой тоже выпью, – предупредил Веснин. – Поэтому нужно два стакана, а не один.
Цени, Юрий Петрович. Одного я тебя не бросаю. Ты вот моего ребенка оставил в поле умирать, а я не такой. Я лучше. Ты сам подумай: что тебе теперь остается? Ты же пустое место, а я к тебе по ночам в снах являться буду. Сдохнешь в дурдоме от такой жизни. А ты себя до смерти доведешь, это я точно знаю.
Серов слушал его и уже мало что понимал. Давление у него подскочило до самого потолка, а зрение попросту отказывало. Так страшно ему никогда не было. Он мог бы наброситься на психа, мог бы закричать, позвать Таню, попытаться сделать хоть что-нибудь.
Но он почему-то медлил."
"За дверью послышался возмущенный женский голос, ему отвечал мужской. Веснин тут же сунул вино обратно в сумку и подобрался, сев прямо и сложив руки на коленях. Серов бросился вон из-за стола и, стараясь держаться как можно дальше от Веснина, влетел плечом в шкаф. В шкафу что-то упало, зазвенев, а сам Серов по инерции подался в сторону кресла, где сидел Веснин. Понимая, что сейчас он окажется лицом к лицу с убийцей, Серов размахнулся и изо всех сил ударил гостя в лицо.
Через мгновение чьи-то крепкое руки обхватили его поперек груди и мощным рывком оттащили назад.
– Стас, наручники! – услышал Серов из-за спины и попытался вырваться, но Гуров не дал ему этого сделать. Он крепко держал Юрия Петровича, а потом толкнул его в сторону крутящегося кресла, в которое Серов упал тяжело и обессиленно.
В дверях он вдруг увидел Таню.
