Некоторые пилигримы называли такое состояние боевым трансом, другие режимом РПГ, мне больше нравилось режим аватара, так как по моему мнению это куда лучше передавало суть происходящего.
Вкупе с абсолютной памятью, я обладал просто исключительной скоростью обучаемости и сбором статистических данных. К примеру, теперь мог определить расстояние с точностью едва ли не лазерного дальномера. Или после нескольких бросков ножа на различную дистанцию уже никогда им не промахиваться. Во всяком случае, по стационарной мишени.
И уж тем паче, по противнику.
Впрочем, не двенадцатилетнему пацану метать ножи в людей или животных. Силёнок маловато, чтобы представлять для них опасность. Но вот для игры в ножички моих навыков более чем достаточно. От родителей копейка конечно перепадает, но не так чтобы много, всё же они у меня мелкопоместные дворяне. Вот и забочусь о себе сам.
— Шелест, сыграем ещё, — потребовал соперник заступая мне дорогу.
— Сегодня не твой день, Тукан, смирись, — подбрасывая на ладони серебряные монетки произнёс я, и сделал шаг в сторону.
— А дать отыграться? — вновь заступая мне путь, потребовал мальчишка.
— Уговор был на пять кругов. Это был пятый, — вновь делая попытку обойти его, покачал головой я.
— Давай шестой. На все, что у тебя на кармане.
На этот раз, он сделал небольшой шаг навстречу, и упёрся своим плечом в моё.
— Тукан, ты ничего не попутал? — повернув к нему лицо, и глядя прямо в глаза, спросил я.
В ответ на это ватага моего соперника подалась вперёд, мои немногочисленные товарищи так же подступились ко мне.
Четверо мальцов по двенадцать тринадцать лет, плюс я, против полной дюжины таких же малолеток. Счёт не в нашу пользу? Ну, это вряд ли. Даром что ли натаскивал их.
И тут я ощутил как отточенное лезвие упёрлось мне в живот. Неужели этот имбецил решил вот так радикально из мелкой гопоты перешагнуть на более высокую ступень в преступной иерархии? Я чуть склонил голову набок изображая удивление и словно вопрошая, точно ли он готов пойти до конца.
— Тукан, ты дурак? — нейтральным тоном произнёс я.
— Это ты мне? — ощерился пацан, всё ещё не решивший, готов ли он сделать решительный шаг.
Пытаться урезонить словом накручивающего себя пацана бесполезно. Он уже начал накачивать себя решимостью, без чего в его возрасте никак. А вот я в подобном не нуждаюсь.
Резко повернув торс вправо, я предплечьем опущенной левой руки увёл в сторону клинок и тут же нанёс удар верхним ребром ладони правой по горлу.
