А вот если пошёл к стражникам, то будь готов к тому, что всяк встречный поперечный сунет тебе в бочину нож. Чтобы другим неповадно было липнуть к ватагам, а после их же и сдавать.
Едва вышел из кабинета подьячего как дежуривший на этаже старый стражник велел зайти к окольничему. Что я и сделал без лишних разговоров. Попал в колесо, пищи, но беги.
— Разрешите? — постучавшись заглянул я в кабинет.
— Проходи Ярцев, — велел сидевший за столом мужчина средних лет, в мундире стражника с горжетом* окольничего.
— Вот, ваша светлость, это и есть тот самый гимназист.
*Горжет — нагрудный знак отличия офицеров.
— Здравствуйте, сударь.
Не чинясь, князь поднялся со стула и сделав пару шагов ко мне протянул руку. Ну что сказать, неслыханное дело для такой шишки. Я ответил ему крепким рукопожатием без тени смущения, даже не думая перед ним тушеваться, что он сразу отметил, и похоже ему это понравилось.
— Ярцев. Это не Галины ли Петровны, капитана Воронежского посадского полка, сын? — поинтересовался он.
А я что говорил. Матушка может и бесталанная, но знают и уважают её многие, потому как к дару не мешало бы иметь и ещё мозги, характер, да умение командовать. Ну и такой момент, что он назвал меня её сыном не поминая отца, как я уже говорил, главой нашей семьи считалась именно она. Вот сравняется батюшка с нею по дару, тогда и займёт это место по закону.
— Так и есть, ваша светлость.
— Спасибо вам за спасение дочери, сударь.
— Примите и мою искреннюю благодарность, — поднялась со стула княгиня.
Оба примерно ровесники матушки и Рябовой, но выглядят при этом лет на тридцать пять, не более. Что значит более сильный дар, который способствует не только сохранению здоровья, но и продлению молодости.
— Меня не за что благодарить, ваша светлость, — вновь отвесил я поклон. — Мне только и оставалось, что погибнуть или сбежать. И именно второе-то я и собирался сделать. Всё остальное заслуга Эльвиры Анатольевны, — приложившись к ручке княгини, откровенно ответил я, сделав реверанс в сторону учителя фехтования.
— Но именно вы увидели преступление и не побоявшись не просто подняли тревогу, а попытались воспрепятствовать злодейству, — хлопнул меня по плечу князь. — Я ещё встречусь с вашей матушкой и позабочусь о заслуженной награде за достойное воспитание сына. Что же до вас лично, сударь, то вот вам сто рублей на карманные расходы, и мои искренние заверения в том, что вам всегда рады в моём доме.
