Мне эти атаки нипочём, а вот чтобы срубить Илью копьё не понадобится, хватит одной стрелы с самым минимальным зарядом.
Одарённый без сомнения ловкий и умелый боец, но и Марию не в дровах нашли. Недаром с ней занимались лучшие учителя, ну и за прошедший год в корпусе она успела чему-то научиться. Держалась Долгорукова не просто достойно, но ещё умудрялась и переходить в контратаки, а может противник просто затягивал, прикрываясь ею. Не успел я пробежать и трёх десятков шагов, как он взорвался каскадом ударов и выпадов, завершив атаку ударом ноги в грудь.
Вернее даже толчком, опрокинувшим её навзничь. Три стремительных шага, и подъём его стопы влетел ей в голову, опрокинув на правый бок, и заставив замереть без движения.
— С-сука, порву! — непроизвольно вырвалось у меня из глотки.
Одарённый не стал торопиться добивать великую княжну, которая как минимум без сознания, и сейчас опасности не представляет. А вот я совсем другое дело, похоже ему не понравилось, как я парой выстрелов положил его товарища. Мне бы точно не понравилось.
Неизвестный ударил в меня «Копьём». Наверняка его удивило то, что оно осыпалось по мне всполохами, не причинив вреда. Я даже с шага не сбился. И в то же время разогнался настолько, что ни о каком маневрировании не могло быть и речи. Как не медлителен сорвавшийся с его руки «Шар», он прилетел точнёхонько в меня. Хотя и с таким же нулевым результатом.
Зато Силы в эти самые мощные плетения было влито неслабо. Я уже чувствовал свой амулет, а потому видел, как его заряд просел почти на десятую часть.
Нет, понятно, что для моего камня это не фатально, но ведь всё познаётся в сравнении, потому что в моём камне тысяча люм. Не будь на мне столь мощного «Щита» и мне уже пришёл бы конец.
Не в силах остановиться, так чтобы не сверзиться, я вскинул пистолеты, к чему противник отнёсся совершенно спокойно, выставив для встречи свою шпагу. Напрасно. Эти длинноствольные красавцы стреляют вовсе не свинцовыми шариками, и находятся в руках отличного стрелка. Вот если бы он опять стал уворачиваться, или наплевав на гордость побежал, используя преимущество в плетениях усиления, тогда совсем другое дело.
А так…
Четыре выстрела прозвучали автоматной скороговоркой. Рукояти пистолетов увесисто толкнули в ладони, а мой несостоявшийся противник переломился в поясе, упал на колени и завалился набок. Занавес.
Я попытался остановиться, проехался подошвами сапог по траве, и выметнув их вперёд и вверх грохнулся оземь, серьёзно приложившись плечами.
