Она успела передумать о многом, испугаться, укорить себя за малодушие и бредовые страхи, ужаснуться и поверить в то, что это только чья-та шутка, злая, жестокая, но шутка, когда наконец хлопнула входная дверь. Лиза обернулась на звук и увидела мужчину вошедшего в комнату. Чуть за тридцать, крепкого сложения, в простом кафтане дворянского кроя, на голове мурмолка с лисьей оторочкой. Не сказать, что богатое одеяние, но сукно добротное и дорогое. Как и сапоги отличной выделки. Через грудь перевязь, на боку шпага, под кафтаном поверх камзола широкий поясной ремень с заткнутыми за него двумя пистолетами.
"
"— Опамятовала, девочка, — удовлетворённо произнёс он, и прошёл к письменному столу.
Снял с себя перевязь и повесил на крюк вбитый в стену, поверх пристроил мурмолку. С глухим стуком выложил на столешницу пистолеты, рядом положил перчатки. Обернулся в сторону смотревшей на него пленницы и ободряюще улыбнулся.
— Не переживай милая, скоро всё закончится, — подмигнув заверил он.
Только теперь она сообразила, что лежит абсолютно нагая.
Страх словно испарился, и её залила краска стыда. Она знала всё о взаимоотношениях мужчины и женщины, благо матушка вовремя всё ей рассказала, да и старшей сестре было, что поведать. Она конечно девица, но ей уже двадцать один, служит на Кавказе, и успела наслушаться от сослуживцев.
О чём это она⁉ Лиза попыталась прикрыться, что угадывалось, даже несмотря на практически полную невозможность пошевелиться. Но делала это молча, даже не пытаясь унизить себя мольбами о пощаде.
Она видела, что этот её не выпустит, так к чему тогда попусту сотрясать воздух и терять своё лицо перед ликом смерти.
— Полноте, красавица, не стоит переживать, твоей чести ничего не угрожает. Я же не дурак портить заготовку. Не знаю в чём тут прихоть Силы, но из девственниц зверь получается сильнее.
Незнакомец скинул кафтан, повесив его на спинку стула, избавился от поясного ремня, и вновь мило улыбнувшись взял в руки чернильницу и тонкую кисть.
Такую обычно используют для нанесения контура узора. Приблизился к ней, и заметив на столе кровь, вздёрнул бровь.
— О! У тебя недомогания. Неожиданно. Я взял тебя в довесок, и чтобы насолить твоему братцу, но похоже ты мало чем уступишь боярышне, если вообще уступишь. Хорошо. Не люблю делать халтуру.
— О чём вы? — не удержалась от вопроса Лиза.
— Не обращай внимания, — подступаясь к ней, произнёс он.
— Что вы?.. — хотела было спросить она, и осеклась.
