Но то, что это не природная россыпь, абсолютно точно.
Вот же умник. Впрочем, чего-то подобного и следовало ожидать. Бог с ней с чистотой алмазов, но форма, не могла не вызвать вопросов, и наталкивало на мысль об обработке. Впрочем, загадочная версия меня устраивала полностью. Надеюсь она удовлетворит и остальных.
Глава 11
Я сделал приглашающий жест в сторону открывшегося портала, и Долгорукова пожав плечиками, без лишних слов ступила в него. Успенский так же не заставил себя долго ждать. Так уж вышло, что именно мы трое являлись двигателями проекта «Азовское княжество».
Остальные были рядовыми или не рядовыми, но всё же исполнителями. А потому именно к этим двоим у меня и был серьёзный разговор.
— О чём ты хотел поговорить, что понадобилось присутствие Ивана Артёмовича, да ещё и забрались бог весть куда?
Вопрос и удивление великой княгини не безосновательны. Что ни говори, а беседу на троих, без посторонних, да ещё и в чистом поле, чтобы исключить даже случайные уши, рядовой не назвать. И уж тем паче, что забот у её высочества выше крыши.
Да и у дьяка Тайного приказа голова забита вовсе не праздными вопросами.
Вместо ответа я расстегнул оружейный пояс, и уронив его в траву начал снимать с себя кафтан. Долгорукова даже хмыкнула не пытаясь скрыть своё удивление. Успенский же наблюдал за мной слегка склонив голову на бок. И чёрт меня побери, если он не догадался к чему эта пантомима.
Наконец я снял рубаху и обернулся к ним спиной, являя в опускающихся сумерках свой узор «Повиновения».
После чего начал спешно одеваться, спасаясь от кровососов. Репеллентом у меня обработаны только шея, лицо и руки, натирать же тело нет никакого желания.
— И кто осмелился? — спросил Успенский.
— Царь батюшка. Лично, — хмыкнул я, заправляя рубаху.
— Не удивлён. Предполагаю, что государь уже давно балуется подобным, как впрочем и любой другой правитель. И ваш батюшка не исключение, Мария Ивановна.
Та стояла как громом поражённая, не сводя с меня взгляда полного слёз и не в силах произнести ни слова.
Наконец к ней пришло осознание произошедшего, и её глаза блеснули холодной яростью. Вот ни капли сомнений, спроси я её, что мне сделать с царём, и она пожелала бы его убить, причём с особым цинизмом.
— Мария Ивановна, злость плохой советчик. Лучше подумайте над тем, а стоит ли мне верить, — покачав головой, заговорил я. — Быть может меня подловил кто-то из князей, наложил на меня «Повиновение» и отправил рассказать вам байку про царя.
