Пускай всего на мгновенья, но у нее выходило.
Я поцеловал ее. Сам. Снова.
Я не должен был, когда-то давно, когда я в очередной раз уезжал в Москву, Зара в слезах умоляла меня оставить ей хоть что-то. Зная, понимая, что долгими месяцами мою постель кто-нибудь, да будет греть, она отчаянно просила о малом. И это все, что я мог пообещать той, кого обрек на годы одиночества и позора. Я обещал, что целовать в своей жизни буду только ее. Что любить буду только ее. Все остальное не имело значения.
- Правда, - прохрипел, с трудом отрываясь от сладких уст жены.
Так не должно было быть…
- Я… спасибо…
- Только старайся делать то, что я говорю, - добавил я, стараясь держаться выбранного направления. К слову, с каждым прожитым вместе днем, это становилось делать все сложнее и сложнее.
- Хорошо, - тут же выдохнула Ульяна, отчего-то отстраняясь от меня. Наверное, было неприятно или страшно после вчерашнего. И ведь теперь не объяснишь, что просто хотел припугнуть, проучить.
- Так что мне сделать – кофе или чай? – перевела разговор на другую тему Лана.
- Ничего не надо, садись и позавтракай со мной, а потом…
Потом нужно было устроить хоть что-то приятное той, кого я официально взял в жены и пообещал не только обеспечивать, но и оберегать. От всего. От внутренних терзаний в том числе.
- М?
- Поедем выбирать тебе кольцо. Ты вчера что-то говорила о нем…
- Да… - Лана бросила на меня удивленный взгляд. – У вас непринято, как я поняла…
- Мужчина не должен носить золотые побрякушки, а девушке не возбраняется.
Поедем и выберем тебе то, что захочешь.
- Ладно… - Ульяна молча кивнула и повиновалась, садясь рядом, принимаясь за еду.
Черт. Заставить ее улыбнуться так и не удалось.
Глава 13
Не знаю, почему Шамиль вдруг решил снизойти до кольца мне, но перечить я ему не стала. Впервые за долгое время мне стало по-настоящему страшно. Наверное, так же страшно в последний раз мне было лишь в первую брачную ночь. Сегодня же пришло осознание того, что если вдруг Цахаев вздумает, то сможет превратить мою жизнь в ад одним лишь щелчком пальцев.
Я полностью была в его власти.
Захочет – лишит меня возможности учиться, захочет – лишит возможности дышать.
Как же тяжело с ним было…
И как же сложно было привыкнуть ко всему, что творилось в моей жизни в последнее время."
"Я стала игрушкой в руках незнакомого мужчины. Довольно агрессивного, властного и, зачастую, грубого.
