Кладёт ладонь на моё плечо, игнорируя все попытки извернуться и сбросить тяжёлую конечность. Пальцы слегка сжимают плотную ткань пиджака, вынуждая поднять голову и выслушать всё, что он скажет напоследок.
— Я против твоего общения с моим племянником. Держись от него подальше.
Пытаюсь взбрыкнуть, но Дэриан осаживает меня и удерживает двумя руками, весьма ощутимо вдавливая в кожу большие пальцы.
— Если кто тебя обидит — идёшь ко мне. Понадобится что-то — доводишь до моего сведения. Нужны деньги — приходишь и говоришь.
Репетиторы? Без проблем. Ясно, Николь?
— Мне от вас ничего не надо!
— Ясно, Николь? — дракон повышает голос, а хватка превращается в стальную, и мне немного больно.
— Ясно! — кричу, теряя выдержку и едва ректор открывает дверь, как я мчусь на выход мимо растерянной секретарши.
В коридорах тишина. По-хорошему надо вернуться на занятие по зельеварению и попросить у саэры Бетани антидот.
Но силы стремительно тают, как снег под лучами солнца.
Действие зелья почти сошло на нет, и я мечтаю о том, чтобы выплеснуть гнев на зарвавшегося дракона, и посидеть хотя бы десять минут в полной тишине.
Слишком много на меня свалилось. А ведь это лишь второй учебный день."
"Бреду, едва переставляя ноги. Кое-как поднимаюсь на четвёртый этаж, цепляясь ослабевшими пальцами за перила. Разговор с ректором высосал из меня всю энергию и хочется лечь прямо на пол.
Какой же он гад!
Бессовестный!
Решил, что я разрыдаюсь от счастья, узнав, что я — его Истинная?
Что стоит ему дать мне деньги, и я сделаю всё, что он пожелает?
Из груди рвутся рыдания, и я держусь из последних сил, буквально заползая в женскую уборную.
Добираюсь до дальней кабинки, но вместо того, чтобы с чувством прореветься, рассматриваю покосившуюся плитку, между швами которой торчит едва заметный кусочек чего-то чёрного.
Как только мои пальцы касаются холодного квадрата, он с лёгкостью выходит из стены, открывая взгляду небольшую нишу, в которой лежит какой-то свёрток, завёрнутый в чёрную бумагу.
Меня одолевает дурное предчувствие. Внутренний голос кричит, чтобы я вернула всё как было и как можно скорее покинула уборную!
Поплачусь где-нибудь в другом месте.
Но что, если…
Откладываю в сторону плитку и вынимаю свёрток из ниши. Бумага громко шелестит, а символы, нарисованные на ней, исчезают, ярко вспыхивая россыпью белых искр.
