– Я спрашивала не тебя.
– Н-нет, – с трудом выговорил Саймон, но продолжил смотреть ей в глаза.
– Хмм. – Она встала, разглаживая несуществующие складки костюма. Ванесса принесла братьям два тёплых одеяла, и Саймона передёрнуло, когда жар начал медленно разгонять онемение. Вежливо извинившись, она вышла из кабинета, и Альфа дождалась, пока за ней закроется дверь.
– Вам что, жить надоело? – спросила она, скрещивая руки на груди.
– Н-нет, – сказал Нолан, и Саймон тоже замотал головой.
– Тогда зачем вы полезли к белому медведю среди ночи? – В её голосе не было ни намёка на тревогу, только раздражение.
– Думали, будет весело утонуть или оказаться в пасти голодного животного?"
"Саймон старался не думать, что с ними мог сделать медведь, если бы захотел. Но он понимал, что если брату за это достанется, то Нолан возненавидит его только сильнее, и допустить этого Саймон не мог. Особенно когда отношения между ними немного наладились.
– Простите, – сказал он. – Я хотел… хотел осмотреться и упал.
Нолан меня спас…
– Не надо, – перебил Нолан. К его щекам вновь приливала краска. – Это я пошёл в зоопарк. Видимо, он за мной проследил. Я прыгнул в воду, и Саймон меня вытащил. Он спас мне жизнь.
– Это правда? – спросила Альфа, и Саймон кивнул. – И почему же?
– А почему нет? – поражённо спросил он.
– Я наслышана, как Нолан с тобой обращается. – Под её взглядом Нолан побледнел и перевёл взгляд на ладони. – И всё же ты рискнул ради него жизнью.
– Мы ведь братья. Он поступил бы так же.
– Даже если сам Нолан в это не верил.
Несколько секунд Альфа молчала. А затем вновь посмотрел на Нолана.
– Почему ты вообще решил поплавать с белым медведем посреди ночи?
Он молча заёрзал. Альфа посмотрела на Саймона, но тот тоже промолчал.
– А разве не понятно? – не выдержал Малкольм. – Ты с одиннадцати лет требовала от него превратиться. Половине моей стаи приходится за ним следить, лишь бы он не умер в процессе. Поразительно, как он не преуспел. И если бы сегодня Саймон за ним не пошёл… – неожиданно Малкольм замолчал и тяжело сглотнул.
– Если продолжишь так на него давить, однажды удача повернётся к нам спиной.
Её глаза сузились, и, хотя Малкольм был на несколько десятков сантиметров выше матери, он всё равно склонил голову и опустил плечи. Альфа хмыкнула.
– Люк превратился в одиннадцать. Отец Люка тоже превратился в одиннадцать. – Она обернулась к ним. – Вам обоим двенадцать, но ни у одного так и не проявились способности.
