— Если будет парень, то ты бросаешь курить. А если будет девочка…
— А если будет девочка, — мстительно прищуривается Семён. — Ты целый месяц учишься готовить. Выбирай. Курсы, видосы или у Назимы…
— Лааадно… — поджимает губы Марика. — Ты меня научишь? — оборачивается ко мне.
— Конечно, — киваю с улыбкой.
— Ты только не плачь больше, — неожиданно жена Семена понижает голос и подсаживается поближе ко мне. — У меня больше двадцати прыжков с парашютом, мастер спорта по рукопашке, а по мужикам-мудакам я вообще чемпион. И давай со мной на «ты»? Окей? — сжимает мою руку, лежащую на сиденьи.
— Окей… спасибо, — я незаметно возвращаю ей рукопожатие.
Плакать больше не хочется, но пробитая в груди дыра никуда не делась. Она заставляет меня замерзать и плотнее кутаться в палантин.
Глава 24. Крестная
Назима
Взволнованная Анна Ивановна встречает нас прямо на первом этаже возле поста охраны.
— Мамуль, привет, — улыбается ей Семён. — Сразу говорю, у нас все хорошо.
— Да как же хорошо! — восклицает она. — Мне тетя Маша уборщица позвонила.
Сказала, что в кабинете Тихомирова погром. Разбиты стулья, стекла в шкафах, алкоголь разлит. А Назима выбежала из приёмной, будто за ней волки гнались, и с тобой уехала.
— Вот тетя Маша, — цокает языком Семён. — Разведка такой кадр потеряла.
— Это мой личный состав! — властно взмахивает рукой Анна Ивановна, прерывая сына.
— Ну тогда принимай пополнение состава, — улыбается он ей и, приобняв за плечи, выталкивает перед собой Марику. — Мам, познакомься, эта девушка — моя жена.
"
"— Что? — глаза и рот у Анны Ивановны распахивается синхронно.
— Здравствуйте, — благонравно здоровается Марика и протягивает свекрови йогуртницу. — А это вам.
— Привет, — кивает Семён вышедшему из своей будки охраннику и понижает голос. — Мам, может мы уже в квартиру поднимемся. Или всем расскажем, что у нас в семье происходит?
— Да, конечно! — спохватывается женщина и, хмуро поглядывая на каждого из нашей троицы по очереди, спешит к лифтам.
Видимо, времени движения лифта ей хватает, чтобы справиться с эмоциями.
Потому что когда мы входим в квартиру, она решительно и бескомпромиссно разгоняет нас по разным комнатам. Марику с Семёном на кухню, оставляя их новости на десерт, а меня заводит в гостиную и прикрывает дверь.
— Ну? — внимательно оглядывает мое лицо. — Я желаю услышать официальную версию произошедших событий и опухших глаз.
Помедлив с минуту, начинаю рассказывать. Это даётся непросто. Я все время пытаюсь подобрать тактичные формулировки.
