Хозяева соседних лож посчитали своим долгом промахнуться дверцей и выразить почтение. А потом к нам заглянули любимые родственники.
– Дорогой нэрр-герцог, вы не возражаете, если я ненадолго похищу у вас свою дочь, а взамен оставлю моих очаровательных дам? – обратился ко мне нэрр Берген и, прежде чем я сумел справиться с остолбенением, уволок Эмили в коридор.
– Ах, как у вас тут мило! – воскликнула нэйра Ода, присаживаясь на свободное кресло.
Следует заметить, что на плечах нэйры красовалась шаль драгаардского производства.
– Отсюда видно гораздо лучше! – с явным намёком заметила нойлен Хильда.
Её плечи украшал палантин из того же источника. Видимо, тесть провёл качественную разъяснительную работу с домашними.
Жаль, что она не включала пункты о приличиях.
– Вы совершенно правы, – согласился я.
При желании в моей ложе могли разместиться пять человек.
Но желания не было.
У меня – точно.
– Как вы думаете, о чём будет сегодняшняя пьеса? – попыталась замять неловкий момент нэйра Ода.
– Судя по тому, что пьеса называется «Проклятье Лохи», о Лохи и его проклятье, – «предположил» я.
– Думаете, Сказкаард осмелится покуситься на божественные истории? – ужаснулась нойлен Хильда.
Нэйра Ода выразительно замахала веером, глядя в занавес на сцене. Видимо, она была в курсе, что для Вилли это не первое покушение.
– Как знать… – Я неопределённо пожал плечами и замолчал.
– Говорят, под псевдонимом «Вилли Сказкаард» пишет несколько человек, – поделилась слухами нэйра Берген.
– Да что вы говорите! – поразился я.
– И кто же это?
– Говорят, сам король! – громким шёпотом сообщила она. – Но сочиняют за него никому не известные поэты. Он покупает у них произведения за бесценок.
– А зачем? – не понял я. – Ведь всё равно никто не узнает автора?
– Ах, вы его защищаете, – манерно махнула рукой мачеха Эмилии, будто участвовала в отборе на роль в третьесортном балагане.
– Это моя работа, – согласился я.
Развить тему дальше нам не удалось, поскольку моя супруга и её отец вернулись.
– Ну, девочки, поспешим занять свои места! – преувеличенно бодро воскликнул нэрр Юхан. Видимо, Эмили про приличия ему намекнула.
Или сказала прямо.
Ода и Хилда с недовольными лицами медленно поднялись с кресел, явно оставляя мне возможность передумать.
Большое спасибо, но нет.
Тем временем в партере и коридорах в третий раз зазвенел колокольчик. Освещение в зале стало меркнуть, намекая, что пора заканчивать пялиться в чужие ложи. На сцену нужно смотреть.
