– Ты для него слишком взрослая и разумная, – сделал отец неожиданный вывод. – Тебе нужен кто-то другой.
– «Кто-то другой»? – переспросила я. Чует моё сердце, это совсем не какой-то неопределённый «кто-то», а «кто-то» вполне конкретный.
– Да, доченька! – Папа наконец поправил песне. – Я считаю, что ты заслуживаешь лучшего!
Я кивнула:
– Лучше Оливера найти не так сложно.
– Нет, дорогая моя, я считаю, что ты заслуживаешь самого лучшего!
Сердце ёкнуло в плохом предчувствии.
Папа набрал в лёгкие воздуха и быстро, видимо, пока не передумал, выпалил:
– Ты заслуживаешь стать женой нэрр-герцога Рауля Эльдберга!
Тут и я почувствовала необходимость присесть.
Держась за стеночку, доковыляла до софы у книжной этажерки и сразу прилегла на подушки. Вдруг он всерьёз?
– Папа, он уже двенадцать раз сочетался браком, – напомнила я.
– Но так и не обзавёлся наследником!
– Вряд ли это говорит в его пользу, – возразила я отцовскому оптимизму. – Папа, три его жены скончались при невыясненных обстоятельствах.
– Зато девять получили развод с отступными!
– Папа, у нас всё плохо с деньгами? – дошло до меня, и я села.
Отец повинно кивнул головой.
– Ты совсем не можешь отказать нэйре Оде? – безысходно спросила я, заранее зная ответ.
После смерти матери папа женился второй раз. Ничего плохого не хочу сказать про мачеху; к счастью, меня она старалась избегать, за что я была ей благодарна. Но в отношении денег меры она не ведала. Ни она, ни моя сводная младшая сестрица Хильда.
– В этот раз она ни при чём.
Это целиком моя вина. – Отец поднял взгляд, полный отчаяния. – Я сделал неудачные вложения.
– Всё настолько плохо?
Он молча повесил голову.
Ясно. Всё хуже, чем я могу себе представить. Поэтому я даже не стала ничего представлять.
Зато в голове закипела работа мысли. Ну правда, хуже же некуда! Обычно жёны у нэрр-герцога больше полугода не держались. Это мой шанс! После развода я почтенной нэйрой забьюсь в какое-нибудь захолустье, где никому до меня не будет дела.
К тому же он маг.
Если вдуматься, события развивались самым что ни на есть благоприятным для меня образом.
Главное теперь – выдержать в реакциях баланс между отчаянием (чтобы отец не пожалел меня и не отказался от своей идеи) и покорностью (чтобы не заподозрил, насколько я за).
– Папа, это действительно единственный выход? – Я придала голосу драматизма.
Он кивнул.
Конечно, это была ложь. Выход не единственный. Но самый простой.
– Папа, пожалуйста… – Я не должна сдаваться так легко.
