– В век Интернета бумажные книги уже никому не нужны.
– Вы так думаете? Говорили, что в век телевидения театры уже не будут нужны. Но они не только выжили, но и собирают полные залы. Я убежден, что книга, изданная на бумаге, будет существовать еще много лет. Ведь когда мы читаем какой-то текст в Интернете, то пользуемся им с помощью того самого Интернета и нашего компьютера. То есть всегда есть посредники, которых не должно быть при общении человека с книгой. Иначе говоря, с разумом древних и мудрых людей. Мы не терпим в таких случаях посредников.
Как и в общении с Богом, если человек истинно верует. Все эти священники, попы, муллы, раввины – всего лишь посредники между Богом и человеком. А я не уверен, что человеку нравится, когда истину Бога ему доносят через этих посредников, среди которых так много бессовестных и корыстных людей.
Эмма улыбнулась.
– С вами интересно, – задумчиво произнесла она, – хотя я и чувствую себя не в своей тарелке. Кажется, вы первый человек в моем окружении, кто даже не пытается со мной флиртовать.
Ужасно обидно. Я смотрю на себя в зеркало и пытаюсь понять: что происходит? Либо я так изменилась в худшую сторону, либо просто вам не нравлюсь, либо есть какая-то другая причина…
– Никакой причины, – быстро сказал Дронго, – вы красивая и молодая женщина, которая может вызвать только восторг у мужчин. Если вспомнить историю нашего общения за последние несколько дней, то согласитесь, что это пошло и неправильно – флиртовать с вами на фоне разыгравшейся здесь трагедии.
– Получается, что Марта и здесь перешла мне дорогу, – лукаво заметила Эмма.
– Скорее мой несносный характер, – возразил Дронго. – То, что здесь произошло, меня ужасно тяготит. Кажется, впервые за много лет я не совсем понимаю мотивы и цели убийцы.
– А если следователи правы и Сюзанна действительно ее отравила? – предположила Эмма. – Такой вариант вы полностью исключаете?
– Не совсем. У Сюзанны могло накопиться раздражение к своей старшей сестре. Марта ее постоянно перебивала, одергивала, злилась, излишне опекала.
На месте Сюзанны другая женщина давно бы отказалась от подобной опеки. Но Сюзанна терпела. Понятно, что у нее могли быть мотивы для убийства своей старшей сестры. Но меня очень смущает один момент. Убийца не стал бросать отраву в бокал с белым вином, понимая, что пузырьки от яда станут свидетельством его преступления. А вот когда налили пенящееся шампанское, бросил. Продумать такие детали Сюзанна не могла – это абсолютно точно.
