У стены стоял кожаный диванчик, весь рваный, затертый, но в целом вполне годящийся для сна. На диванчике валялось несколько книг и грубое шерстяное одеяло.
Бомж сидел перед костром на корточках и жарил сосиску, наколотую на металлический прут. Рядом стояла бутылка водки (о, кто бы сомневался!), открытый пакет с нарезанным хлебом, пластиковая упаковка сосисок, литровая бутылка лимонада «Буратино» и три одноразовых стаканчика.
– Друг мой добрый, сегодня пришедший в мой дом, отобедай со мною за скромным столом! – воскликнул бомж, глядя на нас.
– Вы нас ждали? – удивился я, принюхиваясь. Как ни странно, ничем неприятным не пахло. Только жареной сосиской.
– Мудрый человек всегда ждет кого-то! – Бомж широко улыбнулся.
А зубы-то у него в прекрасном состоянии! Слишком белые для настоящих, пожалуй… Импланты? У бомжа?
Он и одет теперь был иначе – в спортивный костюм, кроссовки, на голове бейсболка. Еще бы побриться и постричься…
Мы с Миланой присели у костра.
– С нашей встречи небеса мне покровительствуют! – сообщил бомж, верно оценив мой взгляд.
– У меня скромные запросы. Я хорошо питаюсь, пью вкусные напитки и живу в центре прекрасного города!
Как-то не походил он на агента под прикрытием.
На посланника иной цивилизации, впрочем, еще меньше.
– Но что это я? – спросил бомж. – Гости за столом, а чаши не наполнены!
Он стряхнул поджаренную сосиску на край железного противня и сноровисто разлил водку по стаканчикам. Себе – грамм сто, Милане поменьше, ну а мне на самом донце. Произнес:
– Два-три дня, что ты здесь, будь за чашей, иль мирно дремли, иль вкушай в сладкой неге плоды благодатной земли.
Я, конечно, не собирался провести здесь «два-три дня». Водку пить тем более. Да и сосиска внушала мне подозрения.
– Мы только что из-за стола, – сказал я.
– Вижу! Невзгоды научили меня отличать голодных людей от сытых. Это полезное умение, добрые гости! Но испить глоток и преломить кусочек хлеба с хозяином – долг гостя, такой же, как долг хозяина – накрыть стол.
Ох, кто бы он ни был, но по общению явно истосковался…
Милана первой взяла стаканчик.
Я обреченно потянулся за своим. Под благостным взглядом бомжа мы отломили немного хлеба и положили сверху по кусочку горячей сосиски.
– Ну, за знакомство, – неожиданно деловито сказал бомж. И опрокинул свой стаканчик, будто воду пил.
Я с сомнением глотнул. Может, там вовсе не водка?
Водка…
Еще и дрянная, вонючая, теплая…
Я торопливо заел. Сосиска оказалась лучше, чем я боялся.
