У меня нет на это права.
Я должен страдать.
Опять погружаюсь в мир своих переживаний. Отгораживаюсь от всех. Становлюсь еще более невыносимым.
Уже и Тамерлан почти не заходит ко мне. И мама — она только все больше плачет, пытается молитвы какие-то читать, книги разные. А я не вывожу… Очень трудно выносить все это.
Понимаю, что я не прав!
Я сам себя достал этим поведением! И понимаю, что несмотря ни на что это всего лишь жалость к себе!
Жалкая жалость!
Тамерлан предлагает мне пообщаться с психологом. Я посылаю его к… психиатру.
И ко всем чертям.
— Дайте мне уже жить так, как я хочу! Ясно? Я хочу вот так! Это мой выбор!
Конечно, ни хрена он не мой, но, если уж так случилось, значит так случилось. Судьба. Кадар*.
Только… только с Надей я стараюсь быть ровным. Надю я стараюсь не обижать. И с Надей я стараюсь общаться тоже по-минимуму.
— Ты духи сменила?
— Просто перестала пользоваться.
— Почему?
Я знаю, что она пожимает плечами! Всегда так делает. Зная, что я не увижу. Но я каким-то удивительным образом чувствую.
Чувствую ее.
Скоро исполнится год с той чудовищной свадьбы. Год, как повернулась наша судьба.
Тамерлан весь ушел в работу. У него новый бизнес с каким-то греком. Строит отель на Кипре.
Мама ездила поклониться нашим святыням. А теперь, узнав, что Там собирается ехать на Кипр просит взять и меня, и ее.
Там есть какой-то православный храм с иконами и мощами.
Я злюсь, не понимая, что вообще задумала мать. Но когда Тамерлан говорит, что мы едем всем семейством, устраиваю дикий скандал.
— Я не еду. Вы как хотите. Я остаюсь. И вообще. Я так понимаю, что я сильно мешаю вам? Я готов вообще уехать, переберусь в квартиру.
— Ильяс, перестань. Ты сейчас не в настроении. Позже поговорим, тебе Надя ужин принесла.
Брат уходит. Я слышу, как Надежда возится с приборами. Не хочу есть. Ничего не хочу. Собираюсь уже прогнать ее, но вдруг слышу:
— Я никогда не была на Кипре. Говорят там красиво.
— Хочешь на Кипр? Купить тебе путевку?
— Нет. Спасибо.
И тут до меня доходит.
Тамерлан наверняка собрался и Надю взять в поездку. И если не еду я, то… А ей хочется к морю. И она заслужила. А я отнимаю у нее возможность отдохнуть. Даже несмотря на то, что едет она по работе, но ведь время для отдыха тоже будет.
— Я поеду, если ты хочешь.
— Спасибо, Ильяс.
Вот так просто. Спасибо.
— И все? Больше ничего? Сухое спасибо?
— А что еще нужно? — она говорит так, как будто у нее в горле вдруг пересохло. У меня тоже.
— Поцелуй меня, пожалуйста.
