— Ой… прости… я случайно, я…
— Кровь вытри. И успокойся. Не хочу перед невестой ходить весь в пластырях.
— Перед… кем?
— Я же сказал, что придет девушка? — сам не знаю, зачем продолжаю обманывать.
— Да, я помню. Хорошо, буду аккуратнее. — и дальше ведет лезвием.
Нежно, осторожно.
Чёрт. Зачем я придумал себе эту пытку? Находиться рядом с ней невозможно! И этот запах.
— Ты опять этими духами пользуешься? Я же сказал, что они воняют как средство для мытья посуды?
— А мне нравятся.
— А мне нет. Ты сама говорила, что стараешься ничем не пахнуть, чтобы пациентов не раздражать? Что ж мне-то так повезло?
— Вы не пациент.
— А кто?
— Капризный мажор. Вот кто. Закройте рот и не мешайте. А то я вас всего изрежу.
Хочу возразить, но…она берет и закрывает мне рот ладошкой? Серьезно?
И… почему это так приятно?
Зажмуриваю больные глаза. Я не должен получать этот подарок, это удовольствие. Не должен.
Но отказаться от этого сейчас просто нет сил.
И я терплю. Позволяю себе эту вольность. Терпеть не боль, а…радость.
От каждого прикосновения подушечек ее пальцев по всему телу растекаются волны тепла. И какого-то искрящегося блаженства. Словно пузырьки волшебной шипучки, которую я так любил в детстве.
Расслабляю губы, осторожно прикасаясь ими к той ладошке, которая закрывает мой рот. Целую. Слышу ее учащенное дыхание. Ласкаю, щекочу языком чуть грубоватую кожу ее ладони.
— Не отвлекай меня.
Правда ведь порежу.
— Режь… — отвечаю чуть слышно. Она снова «ойкает», и я опять чувствую укол.
— Прости… больно?
— Больно. Поцелуешь? Пройдет…
— Поцеловать? Хм… — это ее легкое «хм» заставляет меня ухмыльнуться. — Это очень опасно, ты в курсе?
Опасно, да. Как раз это я очень хорошо понимаю. Опасно для одного маленького Воробушка!
— Интересно, почему?
— Потому что при поцелуе партнеры передают друг другу около восьмидесяти миллионов бактерий.
— Да? Как страшно. — ухмыляюсь, потому что на самом деле совсем не боюсь. — я бы обменялся сейчас микробами.
— Нет уж. Вдруг окажется, что у меня слюна ядовитая? Еще умрете от заражения крови.
— А если у меня? Если ты умрешь?
— Ну, я-то вам не предлагаю меня целовать?
— А ты предложи?
Что я делаю? Почему-то шум в ушах стоит. Кровь бежит по венам с какой-то дикой скоростью. Давно не чувствовал себя таким… живым.
