Как от назойливой мухи.
Я в который раз оказываюсь просто никчемным младшим братом.
Но мне все равно. Я верю, что все устроится, все получится.
Вот только времени на то, чтобы выполнить задуманное и поехать в клинику у меня нет.
То есть я делаю все, чтобы его не было.
Я боюсь. Боюсь, что мне скажут — поезд ушел. Надо было сразу пытаться вылечить все травмы.
Особенно страшно мне даже не то, что я не встану на ноги. Страшно, что не смогу видеть.
Мне хочется видеть.
Хочется увидеть одного маленького Воробушка.
Надя в последнее время какая-то грустная. Молчаливая. Все реже я слышу ее чириканье.
Она начала чаще общаться с моей мамой, но я вижу, что это общение не приносит ей радости.
Я даже поговорил с мамой, расспросил, что у них там происходит, напомнил, что Надя для меня слишком важна. Мать ответила, что все понимает и очень рада, что у нас с Наденькой все складывается так хорошо."
"— Хорошая девочка, Илик, очень добрая, очень нежная. Конечно, я не такой жены хотела для тебя, но…
— Мама! Если я узнаю, что ты ей что-то сказала!
— Что ты? Что ты сынок? Я говорю только, что хочу, чтобы она всегда была рядом.
Под влиянием Нади мама даже стала чаще подходить к сыну Тамерлана, к Сандро, Александру, названному в честь нашего отца, которого в свою очередь назвали в честь великого полководца завоевателя.
В нашей семье вообще любят великие имена.
Александр. Тамерлан.
Только вот я не очень удался. Ильяс. Я все думал, в честь кого же назвали меня? Думал в детстве, что, наверное, у великого Тамерлана был брат Ильяс.
Увы, оказалось, что Ильясом звали маминого дедушку, она назвала меня в его честь.
А во времена Тимура — Тамерлана был один только хан Ильяс, с которым Тамерлан сражался и которого победил.
Ладно, я давно смирился с тем, что ничего великого во мне нет. Правда, мать рассказывала, что ее дед был известным архитектором, много красивых домов построил по всей стране. А еще коллекционировал предметы старины.
Возможно, своей любовью к искусству я в него пошел.
— Ильяс, ты сегодня едешь к Никите?
Я задумался о своей негероической личности и совсем забыл про Надю, которая пришла в комнату давно, и ждет, что я ей скажу.
— Почему я еду? Мы едем?
— Я… мне сегодня нужно по делам. Ты не мог бы взять Самада? Он как раз здесь.
— По каким-таким делам, Надя? Я твое главное дело.
— Я знаю. Можешь… вычесть из зарплаты.
Чувствую странную вибрацию в ее голосе.
